— Что ты говоришь? — Тасиро уставился на него. — Почему ты так думаешь?

— Плёнки висят не так, как я их подвесил, — ответил Кидзаки.

Тасиро зашёл в тёмную комнату. Там висело больше десятка плёнок, те, что Тасиро снял на озёрах.

Прежде чем взять плёнки в руки, Тасиро спросил:

— А что изменилось?

— Они повешены не в том порядке, как я это сделал.

По словам Кидзаки, он вешал плёнки справа налево, по мере того как проявлял. Сегодня утром они висели как попало.

— Да. — Тасиро упёрся пальцем в подбородок и уставился в одну точку.

— Но есть ещё одна странная вещь.

— Что?

— Последняя плёнка была в аппарате марки «Контакс»?

— Да.

— Задняя крышка аппарата открыта.

— Что?

— Впрочем, поскольку я вытащил и проявил плёнку, она не пострадала. Но если бы аппарат был заряжён, плёнка пропала бы.

Тасиро начал смутно понимать цель грабителя. Он пришёл, чтобы проверить, что заснял Тасиро. Домой к нему пришли потому, что полагали, что он может захватить туда фотоаппарат с отснятой плёнкой.

Их цель — фотографии озёр. Несомненно, их беспокоит, что он снимал, блуждая по берегам. Но ничего опасного для них не было. Поэтому и плёнки целые.

Собственно говоря, кто же они такие? Это не просто грабители. Тасиро хотелось закричать: убирайтесь вон отсюда!

Итак, если человек, тайно пробравшийся в его студию, открывал заднюю крышку фотоаппарата, то, естественно, он должен был оставить отпечатки пальцев.

— Кидзаки, немедленно звони в полицию, — приказал Тасиро, — заяви, что произошло ограбление.

Кидзаки, удивившись быстрой перемене настроения Тасиро, бросился к телефону.

Через час из участка прибыл следователь и с ним ещё трое.

— Нанесён ли ущерб?

— Нет. Ущерб не нанесён. Всё, как видите, цело. — Тасиро показал разгромленное помещение студии.

— Так, так. — Следователь состроил разочарованную физиономию. Ущерба не было, и он потерял интерес.

Сотрудники стали осматривать взломанную дверь и дверь, через которую грабитель сбежал. Поскольку замок входной двери был сломан, всё было ясно и дилетанту.

— Господин следователь, — Тасиро поднёс ему фотоаппарат, лежащий на расстеленном носовом платке, — грабитель открыл заднюю крышку. Проверьте, может, здесь остались отпечатки пальцев.

— Вот как?

Следователь достал из своего чемоданчика белый порошок и посыпал им заднюю крышку фотоаппарата. Он вынес фотоаппарат на ярко освещённое место, положил его на носовой платок, достал лупу и стал пристально разглядывать его с разных сторон.

— Отпечатки пальцев не оставлены, — сказал он, ни к кому не обращаясь.

— Как? Отпечатков пальцев нет? Но ведь ясно, что она побывала у кого-то в руках, — сказал Тасиро.

— Преступник был в перчатках, — ответил следователь.

— Так-так, — простонал Тасиро.

Поистине продуманный налёт.

— Замок входной двери сломан, — не сдавался он, — так что там тоже могут быть отпечатки пальцев.

Следователь нехотя насыпал белого порошка и на замок.

— Тут их тоже нет, — сказал следователь, сдувая порошок. — Не оставили ни на камере, ни здесь.

— Вообще-то, вчера вечером были и в комнате, где я живу. Не могли бы вы и там осмотреть?

— Вот как? — Следователь сделал удивлённое лицо. — А ущерб есть?

— Ничего не украли. Но я хочу, чтобы вы проверили, нет ли отпечатков пальцев.

— Где вы живёте? — спросил следователь и после ответа сказал: — Это другой участок. Обратитесь по месту жительства.

Следователь попросил написать заявление и удалился.

О-хо-хо! Делать было нечего. Тасиро позвонил в участок по месту жительства.

Часа через два к нему домой пришёл новый следователь в сопровождении ещё троих. Они осмотрели место взлома, но и здесь отпечатки пальцев не были обнаружены.

К нему приходил мужчина в перчатках. Он больше не сомневался, что тот же мужчина побывал и в студии. Поскольку время вторжения было не известно, нельзя было сказать, где он побывал сначала. Ясно одно — что в один вечер он успел побывать всюду.

Цель всё более и более прояснялась. Он беспокоился о том, не снял ли Тасиро во время своего путешествия по озёрам что-нибудь неблаговидное. И если да, то плёнку надо было похитить.