Женщина ориентировалась на местности уверенно, как будто шла по собственному саду. Когда Тасиро немного отставал, она останавливалась и поджидала его.

— Вы, похоже, устали? — впервые громко спросила она. Видимо, опасность миновала.

— Да. — Тасиро было неловко: что ни говори, мужчина — и спёкся!

— Отдохнём немного? — сочувственно предложила она.

— Пожалуй, — ответил Тасиро, для которого эти слова были спасительными. К этому моменту он уже несколько раз подумывал: не попросить ли сделать привал?

— Будьте осторожнее. С этой стороны — обрыв.

Тасиро слышал, как где-то внизу журчит вода. Он вспомнил кручу над рекой Тэнрюгава, где погиб таксист, И взглянул на женщину. Она тихонько засмеялась:

— Не бойтесь. Я ничего вам не сделаю.

В чаще прокричала сова. «Невероятно, ведь она спасла меня, — размышлял Тасиро. — И пожар — дело её рук. Но кто же она такая?»

— Куда мы придём по этой дороге? — спросил Тасиро.

— К озеру Нодзири.

— Нодзири?

Этого Тасиро не ожидал. Он считал, что дорога ведёт к городку Касивабара.

— Вы так хорошо ориентируетесь здесь. Вы, наверно, местная?

Женщина засмеялась, но ничего не ответила.

— Вас никто не будет ругать за то, что вы помогли мне?

— Я готова к этому, — ответила она после паузы.

— Что вы имеете в виду?

— Я и сама не могу как следует объяснить это. Но попробую. Я не только ради вас это сделала. Теперь я на вашей стороне.

— Однако… — начал Тасиро и запнулся.

Он хотел спросить, сможет ли она безбоязненно вернуться к своим.

— Объясните мне, — попросил он, глядя в глаза женщины, — кто они, эти злые люди, завлёкшие вас в свою компанию? Зачем они уничтожили Ямакава? Зачем убили Кинами?

Она сидела молча, опустив голову. Ночь была летняя, но здесь, далеко в горах, стало зябко, как осенью. Только журчание реки в долине нарушало тишину этого затерянного мира.

— Я не могу сказать.

— Почему?

— Никак не могу. Нельзя.

— Ну тогда, — энергично начал Тасиро, — зачем ты спасла меня? Спасая меня, ты предала их. Что побудило тебя сделать это, скажи?

Ответа не последовало.

— Ну ответь хотя бы, что за мужчина сидел тогда: с тобой в самолёте? Кем он тебе приходится?

— Будьте снисходительны, — сказала она после паузы. — Я дурная женщина. Просто я хотела спасти вас, Тасиро-сан.

Женщина впервые произнесла его имя. У Тасиро учащённо забилось сердце.

— Почему же ты не помогла Кинами?

— Кинами-сан, — печально сказала женщина, — Кинами-сан я помочь не успела.

На этот раз замолчал Тасиро.

— Который час?

Сплетённые кроны деревьев были подёрнуты дымкой, но пространство между ними стало светлее.

— Пойдёмте, уже поздно. К тому же они и сюда могут нагрянуть.

— Я беспокоюсь, — сказал Тасиро. — Тебе нельзя оставаться там. Если ты вернёшься в посёлок, тебе несдобровать. Я не могу допустить, чтобы ты из-за меня пострадала.

И снова они брели по тропе. Вот уже ясно обозначился рассвет, стала проглядывать граница между небом и горами. Тропа стала более отлогой. Они приближались к перевалу. Лес стал более редким. Женщина остановилась.

— Перевал, — сказала она и повернулась к Тасиро: — Здесь я расстанусь с вами.

Лицо её белело в лучах рассвета. Большие чёрные глаза внимательно смотрели на Тасиро.

— Думаю, теперь всё будет в порядке. Когда вы спуститесь в Касивабара, настанет утро. Даже если они настигнут вас, то среди бела дня вас схватить не удастся.

— Спасибо. — Тасиро взял её за руку. Рука была холодной. — Я здесь — благодаря тебе. Я причинил тебе столько беспокойства!

— Ну что вы. Это я должна просить у вас прощения. Но я сделала для вас всё, что могла.

— Понимаю. — Тасиро отпустил её руку. — Как твоё имя? Скажи мне.

Женщина молчала.

— Не могу сказать, — наконец сказала она. — Не могу.

— Почему?

— Почему? — Она опустила голову. — Потому что… я дурная женщина.