— Сегодня утром к нам явился ваш приятель — Хисано. Он сообщил, что вы отправляетесь в санаторий «Компании по освоению…», где вас поджидают и намерены убить.

— Как? Хисано пришёл сказать вам об этом?

— Да. Хисано по слабости душевной дал завлечь себя в банду, но не смог промолчать, когда речь зашла об убийстве его близкого друга. Он сознаёт, что заслуживает осуждения как преступник, и всё же просил как-нибудь спасти вас.

Тасиро облегчённо вздохнул. Всё-таки Хисано оказался совестливым человеком! Тасиро дал себе слово, по возможности, облегчить участь приятеля.

— Мы сразу же установили наблюдение за этим санаторием и, заметив, что вы вошли внутрь, немедленно окружили его. Мы использовали вас в качестве подсадной утки. Они и пикнуть не успели, когда мы нагрянули на место преступления. Вас ведь собирались убить. Это сложный случай. Мы имели дело с интеллектуальными преступниками. Они связаны с группой недостойных политиканов, поэтому мы никак не могли раздобыть вещественные доказательства, чтобы изобличить их…

Тасиро вышел из полицейского управления.

То, что Хисано оказался в числе бандитов, было полной неожиданностью. Поистине нельзя предугадать, какой путь изберёт человек! Но хоть Хисано и оступился, он всё же может прекрасно устоять на ногах. Ведь никаких преступлений он не совершил и, похоже, будет признан невиновным. Тасиро не мог не испытывать благодарности к своему приятелю, чьи дружеские чувства и на этот раз прошли проверку.

Тасиро медленно брёл по улице, когда из темноты возникла женская фигура.

— Тасиро-сан…

— Это ты? Что с тобой было?

— Я была там же, где и вы, Тасиро-сан. Меня затащили туда значительно раньше вас.

— Пак, и ты была в подземелье?

— Всё это было как долгий дурной сон. Брат даже мной пожертвовал. Он, разорившийся землевладелец, влип в эту историю из чувства долга по отношению к одному политикану. Ну и потому, что хотел заработать…

Молодые люди прогуливались вдоль канала, опоясывающего императорский дворец.

— Брат был старшим сыном в семье, а наш отец поддерживал отношения с местными партийными боссами, — продолжала женщина. — В своё время отец был известен в округе. Брат должен был получить наследство, но в конце войны почти все наши земли забрали. Брат впал в отчаяние. В будущем он хотел стать политическим деятелем. Но, даже оставив эту мечту, он поддерживал отношения с одним политиком в Токио. Очень тесные отношения. Этот политик оказался человеком алчным. И вот к чему это привело…

— Но разве ты поступала так, как хотел брат?

— Брат — человек упрямый. К тому же в посёлке Тора-но Ки все его поддерживают. Как я могла протестовать в одиночку!

— Я до сих пор не знаю, как тебя зовут.

— Рэйко.

Ей подходило это имя. В его звучании было что-то прохладное, как утренний туман на заре.

— Как бы я хотел, чтобы мы были вместе, Рэйко…

Рэйко подняла взор на Тасиро. В её глазах он прочитал согласие.

Они брели по городу, не замечая никого вокруг. Всё было позади.

День сиял в умиротворяющих лучах солнца. Но умиротворение это было обманчивым. В тени притаилась беда.

1964

Принято считать, что история японского детектива начинается с творчества Эдогава Рампо, который в 20-х годах опубликовал свои блестящие «таинственные» истории в духе, как он сам любил говорить, Эдгара По. Не случаен даже псевдоним этого первого в истории японской литературы «детективщика»: ЭДОГАВА — это японизированное ЭДГАР, а РАМПО — японизированное ПО.

Впрочем, справедливости ради следует подчеркнуть, что зерно «мрачной тайны», составляющей главную притягательность произведений Эдгара По, упало на благодатную почву — средневековая Япония, с её борьбой кланов, тайными обществами, самурайскими поединками, буквально изобиловала всевозможными сюжетами для детективов на любой вкус.

Не случайно, что первый японский художественный кинофильм, получивший всемирное признание и удостоенный главного приза Каннского фестиваля (а это шедевр Акира Курасава «Расёмон»), представляет из себя подлинный детектив, сюжет которого построен на японских исторических хрониках XII века.

Вместе с тем, конечно, на рождение детективного жанра в японской литературе новейшего времени огромное влияние оказали социальные преобразования, связанные с развитием капитализма в Японии. В результате этого японский детектив стал одним из наиболее распространённых жанров массовой литературы, во многом определяющим тенденции в развитии общественного сознания.

Японский детектив — в лице сильнейших представителей жанра, таких, как Эдогава Рампо, Сэйтё Мацумото, Сэйити Моримура, — это, прежде всего, захватывающая интрига, мастерское преодоление рифов извилистого сюжета, неожиданная концовка. Но наиболее удачные образцы жанра (а к ним, я надеюсь, относятся и включённые в этот сборник повести) несут, помимо того, правдивую и очень «осязаемую», конкретную информацию о том, какие люди японцы, увлекательно и Достоверно рассказывают об их психологии, укладе жизни, привычках, стереотипах поведения. Всё это позволяет таким талантливым писателям, как Сэйтё Мацумото, рельефнее выделить существо явлений, складывающихся в понятие национального характера.