Крысы были вечным бичом космических кораблей. Даже с тараканами в конце концов научились бороться, а вот крыс никакая химия не брала. Миллионы крыс подохли, чтобы уцелела парочка, абсолютно иммунная к яду. На мелких кораблях еще возможно было уничтожить грызунов подчистую. На крупных, куда снаряжение и пища загружалась сотнями и тысячами тонн, крысы были всегда.

Теперь стало понятно, почему ремонтный робот гонялся за голографическим кроликом. Плохо отлаженная программа спутала реальных грызунов и сотворенный самим кораблем фантом.

– Дурная крыса, – сказал Трейси. – Вот когда я служил на “Гаргантюа”, у нас ни одна хвостатая тварюга не жрала сублимат. Понимали, сволочи, что в животе разбухнет и разорвет все на фиг. Предпочитали прогрызать жесть и пластик. Тоже тысячами дохли, но в конце концов до продуктов добирались.

– Ну так у вас небось тысячное поколение крыс жило, – хмыкнул Алекс. “Гаргантюа”, насколько он знал, был старым, исполинских размеров контейнеровозом, на котором Трейси начинал работать в космосе. – А тут корабль новенький, крысы еще дурные, к космосу не приученные.

Он захлопнул ящик, мысленно отметив, что надо приказать Розе провести хорошую уборку. В другом ящике нашелся шоколад – к сублимированным продуктам крысу привела несчастливая судьба.

– Спасибо. – Трейси взял плитку, налил себе и Алексу еще самогона. – Что вы хотели у меня узнать, капитан? Говорите, я уже оклемался.

– Удивительно быстро, – заметил Алекс.

– Ловушка была хороша. – Трейси усмехнулся. – Но я верю в Нео. Наш мир и без того – мираж, что уж бояться иллюзии внутри иллюзии?

– Тебе повезло, – согласился Алекс. – Давай говори честно. Есть шанс пробить защиту? Только без “попробую” и “попытаюсь”.

– Я пас, капитан. – Трейси развел руками. – Может быть, пусть попробует Вероника? Она как-то очень легко сдалась…

Алекс покачал головой:

– Вероника почувствовала, что ей не стоит работать с Розой.

– Почему? – Трейси опустил голову, поглядел на Алекса поверх очков. – С чего бы вдруг?

– Роза догадалась, что сын Вероники погиб. Что Вероника… – Слова дались с трудом, но Алекс все-таки их произнес: – Психически больная. Разумеется, такой психолог для Розы неавторитетен.

– А Вероника почувствовала, что Роза догадалась?

– Видимо, догадалась. Подсознательно. И поспешила выйти из ситуации.

Трейси досадливо махнул рукой:

– Всему виной эти старомодные семейные отношения! Вот я – трижды сдавал генетический материал. Где-то у меня дети растут. А может, и погибли. Но разве я схожу из-за этого с ума? Эх… Вероника…

Алексу хотелось сказать, что крайности всегда сходятся и одна не бывает лучше другой. Но он смолчал.

– Будем воевать? – деловито спросил Трейси. – Этих самых дредноутов?

– Протестируй все боевые цепи, – ответил Алекс. – Только больше не пытайся ничего ломать.

Они шли через гиперканал.

Визуально – если это слово применимо к виртуальному управлению – гиперканал выглядел извилистым серым туннелем, через который летел корабль. При полете на маленьком корабле канал казался узким, при полете на большом – широким. Все это было иллюзией, привычным зрительным образом, не имеющим никакого отношения к настоящему полету.

Но Алексу всегда нравилась эта иллюзия.

К Обслуживанию-7 вела прямая трасса, готовиться, собственно говоря, не было необходимости. Адмирал, выслушав доклад Алекса, только вздохнул – и дал разрешение на “боевую акцию”. Роза не потрудилась даже имитировать вздох. Летим? Хорошо. Воевать? Пожалуйста.

– Как ты оцениваешь наши шансы на победу? – спросил Алекс.

– Шансы достаточно велики. – В отличие от других кораблей Роза предпочитала не пользоваться процентными соотношениями. Что это было – стремление выглядеть человеком, а не машиной?

– Каковы шансы на чистую победу, без потери боеспособности корабля?

– Шансы малы, – спокойно ответила Роза. – Я превосхожу в мощности любой из дредноутов Брауни, но в данном случае мы атакуем при трехкратном численном перевесе противника.

– Итак? – продолжил Алекс.

– Если нам удастся победить и при этом я не получу критических повреждений, – с легкой ноткой задумчивости произнесла Роза… – Что ж, в данной ситуации я буду считать проверку успешно пройденной.

– И? – вступила в разговор Вероника.