– Ну все, пошли, – позвал Зварнн. – Не стоит тут задерживаться.

– Я так понимаю, нам нужно проникнуть в семьдесят шестой год? – спросил Макс, когда они пересекли бетонку.

– Вы правильно понимаете.

– А сможем?

– Надеюсь… Слушайте, у меня почему-то такое чувство, друг мой, будто вы что-то недоговариваете!

– Гм… просто…. Просто хотелось бы очутиться в начале сентября.

– А что такое?

– Да вот… – Тихомиров достал из кармана сложенную в несколько раз газету.

«Ленинградская правда» от 4 сентября 1976 года.

– Ну-ка, ну-ка… позвольте-ка!

Трехглазый инженер вдруг буквально взорвался радостью, которая тут же передалось и Максу.

– Вы… вы знаете, что это? – возбужденно тряс газетой Зварнн. – Это же маячок, понимаете?

– Нет, – честно признался Максим.

– Вещь оттуда, куда нам надо!

Ранним утром четвертого сентября тысяча девятьсот семьдесят шестого года Максим Андреевич Тихомиров материализовался на берегах Злого озера и быстрым шагом направился по лесной дорожке в сторону пионерлагеря «Тополек». Вовсе не потому, что ему туда было надо, – так, по пути. Максим хорошо себе представлял, что это для него с тех событий июня семьдесят пятого прошло меньше двух дней, ну а тут – больше года. Уже вряд ли кто и помнил…

Хотя о странном исчезновении физрука наверняка до сих пор еще иногда судачили да в местном отделении милиции завели розыскное дело… А может, и не завели – кто их знает?

Утро выдалось прохладным, но солнечным, светлым, и денек, судя по всему, должен был быть таким же, почти что летним. Осенью почти не пахло, деревья и кусты стояли зеленые, лишь кое-где тронутые золотыми прядями.

В прозрачном голубом небе еще не курлыкали журавли, хотя перелетные птицы и начинали собираться стаями, а в лесу появились грибы и брусника. Ой, сколько этой красной кисло-сладкой ягоды попадалось Тихомирову на пути!

Увы… близок локоток, да не укусишь!

Вскоре впереди, за деревьями, показался зеленый забор, старый стадион… нет, уже подновленный! И забор покрасили, и поставили ворота – видать, решили: чего зря пропадать месту? Два стадиона ведь лучше, чем один.

Срезая путь по знакомой тропке, Тихомиров остановился у знакомых ворот, обернулся…

– Кого-то ищете?

Спрашивал какой-то незнакомый старик… Сторож что ли? Да, наверное, сторож, и точно незнакомый – Максим его с прошлого года не помнил.

– Да нет, не ищу. Когда-то работал здесь… давно.

– Ага, понятно, – хитровато прищурился дед. – Значит, вспомнилось что-то? В сердце кольнуло…

– Кольнуло, отец.

– Да ты садись, садись вот сюда, на лавочку, посидим, покурим… Вижу, в город спешишь? Так до автобуса-то еще долго.

– Посидим… Честно говоря, специально сюда заглянул – вот, выдалось время.

– Понимаю, понимаю, бывает… – Старик вытащил пачку «Беломора». – Будете?

– Спасибо, бросил.

– Молодец! А я закурю., уж так, по-стариковски.

– Меня, кстати, Иваном зовут.

– А я – Виктор Иваныч.

– Вы давно тут работаете, Виктор Иваныч?

– Да-авно. – Старик растянул губы в улыбке. – Второй год уже, как на пенсию вышел. С прошлой осени.

– Сергей Федорович как? Все в начальниках? А Даздраперма?

– А куда же им деваться-то? Не, Федорыч – мужик неплохой. Суетится, правда, много, так ведь и по делу. Ой, помнится, в прошлом году… до меня еще… Было тут дело!

– А что такое? – деланно изумился Максим, радуясь, что собеседник оказался столь словоохотливым. На такого не жаль было потратить время… весьма и весьма ограниченное.

– Короче, сначала пацаненок пропал… пионер один. Его тут всем кагалом искали. Нашли! Точнее, сам нашелся… Заблудился, утомился, заснул – ну, так ведь бывает. А потом… как-то и вожатый потерялся… или физрук, не помню точно-то.

– Да ладно!

– Вот уж шуму-то поначалу было… Все парнишку пытали – он-то как раз последним физрука этого пропавшего видел. Не отказывался: да, говорит, видел… А куда потом делся, не знаю. Он, мол, не говорил.

– Д-а-а… вот оно как!

– Но потом радист наш, Женька… Он и в это лето работал, хороший парень и, главное, насчет спиртного – в рот не берет!

Вот тут уж Максим удивился вполне искренне:

– Да неужели? Так-таки не берет?

– А то! Что я, врать тебе буду? Так вот, радист-то и сообщил: мол, вожатый тот… или физрук… срочно уехал – на БАМ ему вызов пришел… В институте, ведомственном, от которого лагерь, как-то про это узнали – видать, он и туда сообщил, чтоб зря не волновались… Ох… ты, Иван, не за грибами, случайно, собрался?