Шрифт:
Тогда я не расслышала, из какого он города, а выяснить это оказалось делом непростым. Несмотря на то что Интернет давал невообразимые возможности, найти Виктора по номеру телефона я не сумела. Просмотрела множество номеров, но безрезультатно. Справочные и государственные службы я сразу отбраковала, и вот теперь осталось не больше полутысячи номеров для дальнейшего выяснения.
Звонок в дверь вырвал меня из недр сети, в которую залезла в очередной раз в надежде отыскать нужный код и адрес к заветным семи цифрам.
Посмотрев в мутноватый глазок, но так и не разглядев, кто там, я поинтересовалась:
— Слушаю?
— Служба доставки, — раздалось с той стороны.
— А я ничего не заказывала.
— Девушка, я из службы доставки цветов. У меня точно записан ваш адрес. Это вы Ковалевская?
Я приоткрыла дверь, оставив ее на цепочке. Там действительно стоял симпатичный парень в униформе и с букетом розовых роз.
— Ну, я, — удивленно протянула, снимая цепочку.
— Тогда распишитесь о получении, — деловито продолжил парень, протягивая мне планшет и ручку.
Распахнув дверь, я шустро подмахнула возле галочки, и мне был вручен шикарный букет из девяти роз, перевязанных серебристой лентой. Пока я разглядывала цветы и недоумевала, от кого бы это могло быть, парень спохватился.
— Чуть не забыл! Еще и это! — Он протянул мне небольшой пакетик в тон розам и, зажав планшет под мышкой, шустро сбежал вниз по лестнице.
Еще раз вдохнув чарующий аромат, я закрыла дверь и прошла в комнату. Цветы следовало немедленно поставить в вазу, но любопытство пересилило. Положив их на стол, я вытащила из пакетика красную бархатную коробочку и открыла ее.
Там на алой шелковой подкладке лежал тот самый кулон, который я вернула Виктору в тумане.
Омск, сентябрь 2009 — декабрь 2010.