– Вот они каковы, бесстрашные марды, ненавистники женщин! Если бы мы не были в мужской одежде, то плохо бы нам пришлось. Они бы ни за что не ушли.

Девушки бросились на помощь к пострадавшим, стали поить их целебным отваром, перевязывали раны. Но две молоденькие амазонки, которые впервые покинули родные шатры, были убиты.

– А что будем делать с ранеными воинами-мардами?
– спросила Спаретра.
– Пятеро разбойников убиты, а десять - ранены. Слышите, как стонут.

– Их бы надо было оставить в степи, - сказала Зарина.
– Пусть бы их волки разорвали на части. Только не будем оставлять. Не могу слышать стоны беспомощного человека. Дайте им целебных трав и еды. Пусть живут. И пусть разнесут по степи весть о благородстве саков.

Весь день прошел в заботах о раненых. Еще надо было с почетом похоронить девушек-амазонок. А когда уже поздней ночью собрались у костра и стали поглощать запасенную утром рыбу, Зарина призадумалась над случившимся. Она поняла, что нельзя разбивать отряд. Нельзя оставлять где-то в пути стада и коней. Ведь такой отряд мардов может отобрать у них табуны, угнать овец. И зачем они тогда отправились отрядом в двести всадников? Не для того ли, чтобы в пути иметь защиту?

Ишпакай сидел молча, не проронив ни слова.

– Вернемся, встретим своих, - предложила ему Зарина.- Боюсь, не угнали бы наших коней. Ведь без коней мы не спасем своих пленников.

– Ты права, Зарина. Душа изныла в тревоге. Были бы мы вместе, тогда марды не осмелились бы напасть на нас. Если будем целы и невредимы, то принесем в жертву солнцу хорошего коня.

Всю ночь отряд шел обратно по знакомой дороге, но только через сутки они встретили своих. И так радовались тому, что марды не похитили стадо, не увели коней! Прежде чем двинуться в путь, принесли щедрую жертву солнцу. Однако на этот раз решили обойти то место в степи, где встретились с мардами. Никто не знал, может быть, их кочевье совсем близко. А слава о них шла самая дурная: «мард» означало «разбойник». На караванных путях нередко говорили: «Берегитесь мардов. Если разграбят карван - это еще полбеды. Могут убить. Они частенько убивают в надежде поживиться чужим добром».

Зарина не могла спокойно слышать эти разговоры. «Убить, чтобы ограбить?» Ей не верилось, что есть такие люди на свете. В кочевьях у саков никогда не убивали ради наживы. Убивали из мести.

Отряд уже собрался в путь, когда у повозки Зарины вдруг появился человек. Он был в рваной одежде персиянина и так изнурен дальней дорогой, что, казалось, еле стоит на ногах.

– Кто ты?
– спросила Зарина.
– Ты голоден? Садись у костра, мы тебя накормим.

– Зарина, ты не узнаешь родного брата?!

– Кидрей!

Зарина бросилась обнимать Кидрея.

– Откуда ты? Где наши саки? Как ты попал сюда? Поистине свершилось чудо! Ты на свободе!

Амазонки в изумлении слушали рассказ Кидрея о его побеге, о том, как он скитался без еды и без оружия. Как трудно ему было в пути! Ведь каждый день, каждый час он мог встретить воинов Дария. А тогда снова плен и цепи рабства.

Кидрей с жадностью поглощал мясную похлебку и быстро проглатывал куски баранины. Но, поев досыта, он совсем ослабел и вскоре уснул. Однако из всего услышанного амазонки поняли, что следует держать путь в Сузы, а не в Персеполь, куда стремилась Зарина со своим отрядом. Кидрей не знал, остались ли на старом месте его братья-саки, но если они по-прежнему строят дворец, если их не угнали, то следовало их искать вблизи Суз. Кидрей только опасался, что охрана будет усилена и трудно будет вызволить пленников.

Кидрей на свободе. Но может ли он вернуться в Персиду с отрядом Зарины? Не лучше ли ему поспешить домой, в долину Яксарта? Зарине очень хотелось, чтобы Кидрей был с отрядом. Однако Ишпакай, испытавший все страхи в пути, когда сам был беглым рабом, настаивал на том, чтобы отправить Кидрея домой. И, пока Кидрей отдыхал после сытной еды, ему уже снарядили коня и выделили провожатых. Три девушки, раненные в битве с мардами, не могли участвовать в походе и вместе с ним возвращались домой.

– Кидрей пригодилея бы нам в походе, - говорил Ишпакай, - однако ему опасно возвращаться в Сузы. К тому же он так истощен, что силы не скоро вернутся к нему. Пусть едет домой. Он и тем облегчил нам путь, что дал верное направление. Теперь мы знаем, что должны идти в Сузы.

И они распростились с Кидреем. Кидрей возвращался с доброй вестью. Ведь он смело мог сказать, что удача сопутствует отважным сакским девушкам.

– А жив ли Фамир?
– спросила Зарина, прощаясь с братом.

– Фамир жив. Все братья, кто смог преодолеть голод и тяжкие недуги, надеются на спасение.

– Скоро Экбатаны!
– сказал Ишпакай, увидев вдали зубчатые стены крепости.
– Вот прекраснейший из городов Мидии. Недаром его превратили в столицу Персиды. Но что всего удивительнее, - это дорога, по которой мы поедем. Вот она, царская дорога.

– Царская? И ты не боишься?
– удивилась Зарина.

– Здесь не страшно. Смотри!

Они вступили на дорогу, какой в самом деле никто никогда не видел. Это была широкая мощеная дорога. Через речки и овраги были переброшены мосты, то и дело попадались жилища, которые ждали царских путников.

– Это царская дорога, - сказал Ишпакай, - по ней идет в поход персидское войско.

– Здесь едешь, как на праздник, и конь скачет втрое быстрее!
– восхищалась Зарина.

– Не скачет, а летит!
– добавила Мирина.