Шрифт:
— Все в порядке… В субботу она в офисе была?
— В субботу?.. Была.
— В котором часу?
— Пришла около полуночи, ушла в половине второго, не раньше… Послушайте, а вы действительно из милиции?
— А что вас смущает?
— Тон. Обычно так ревнивые мужья выспрашивают о непутевых женах.
— У вас, я чувствую по голосу, в этом деле большой опыт, — Женя подмигнул "горилле", который давно открыл глаза и теперь с интересом прислушивался к разговору. — А мои полномочия вам завтра ваш сменщик подтвердит. Спасибо, Андрей, за информацию. Желаю удачи! — Селиванов положил трубку.
Ильмира была симпатична Жене, и он втайне был рад, что ее алиби подтвердилось. Теперь женщину с уверенностью можно было вычеркнуть из списка подозреваемых.
Глава шестнадцатая
Хвостов испытывал чувство крайнего разочарования. А что еще должен испытывать человек, которому кажется, что он наконец-то добрался до финиша, а его вновь загоняют на старт? Увы, Фефелев оказался самым заурядным воришкой и ни к убийству охранника, ни к ограблению не имел никакого отношения, и вот теперь дело, которое майор считал завершенным зашло в тупик. Безусловно, преступник один из девяти работников магазина, но кто? У каждого из них есть алиби, и все-таки кто-то из них лжет. Что ж, начнем сначала?..
Хвостов надавил на кнопку звонка. Ларионова встретила его во всем своем великолепии: похожий на колокол короткий халатик с разъезжающимися полами, в правой руке бокал шампанского, в левой — сигарета.
— Ну, вот! — раскинула она руки, как ассистентка фокусника после удачного трюка. — Мужика мне как раз и не хватало!.. Проходите!
"Пьяна, как шлюха на малине, — пришло на ум майору поэтическое сравнение. — Может, оно и к лучшему, авось проговорится."
— По какому поводу праздник? — подыгрывая даме, поинтересовался Хвостов.
— Да какой там праздник! — поморщилась Ларионова. — Скорее панихида по "Бриллианту". Я ведь теперь без работы.
— Сочувствую! — майор снял фуражку и вслед за бухгалтершей направился в зал. — Но вам ли, Людмила Дмитриевна, сожалеть о потере? С вашими внешними данными и большим профессиональным опытом вы не останетесь долго без работы!
Ларионова сделала большой глоток из бокала, поставила его на столик на колесиках и потушила в пепельнице сигарету.
— На панель намекаете?
— Нет, что вы! — рассмеялся Хвостов. — Сутенер из меня никудышный. Просто так… к слову пришлось.
— Понятно! — с мрачным видом кивнула бухгалтерша. — Выпить хотите?
— Я на работе не пью!
— Придется! — Ларионова достала из серванта бокал, налила в него золотистый напиток и, поставив на столик, придвинула к Хвостову. — С чем пожаловали? — Подхватив свой бокал, уселась боком на диван, поджав под себя ногу.
Хвостов приземлился на короткой стороне "уголка".
— Все с тем же, Лариса Дмитриевна, — сказал он. — Преступника разыскиваем!
— Преступника? — Ларионову будто сильно сдавили с двух сторон, отчего выпуклые глаза ее совсем вылезли из орбит. — Какого еще преступника? Вы же вчера арестовали Фефелева!
— А вам откуда это известно?
Дамочка отчего-то смутилась.
— Я думаю, ясно откуда. Все мы, бывшие работники "Бриллианта", ужасно заинтересованы в поимке преступника. Разумеется, мы перезваниваемся, держим друг друга в курсе событий…
Взгляд Хвостова, как магнитом, притягивали голые ноги собеседницы. Он силой удерживал его на уровне глаз молодой женщины.
— В таком случае ваша служба информации дала сбой! Сегодня утром Фефелева выпустили на свободу.
— Выпустили?! — воскликнула Ларионова, как человек, чьи надежды не оправдались. — Как же так?!
Майор развел руками:
— Вот так. Не он убийцей оказался.
Нога у бухгалтерши затекла. Она села, повернувшись к столику, поставила бокал и с угрюмым видом потянулась за новой сигаретой.
— Черт бы вас всех подрал! — проворчала она, прикуривая. — Опять эти дурацкие допросы, унижения, подозрения… Когда же все это кончится?!
— Как только поймаем преступника! — невозмутимо ответил Хвостов.
Бухгалтерша залпом осушила свой бокал и затянулась сигаретой.
— Пока вы его поймаете, мы все окажется в сумасшедшем доме.
— Я думаю, до этого дело не дойдет… Начнем?
Вместо ответа Людмила Дмитриевна хмуро кивнула.
— Итак… — голосом сказочника начал Хвостов. — Субботний вечер… Двадцать три тридцать… Вы с Атаулиной вышли из дома Бериковой… Что было дальше?..
— Дошли до остановки, там с Ильмиркой расстались, — продолжила Ларионова отнюдь не романтичным тоном. — Атаулина домой пошла, а я на остановке осталась, ждать этого подонка Кадамова.