– Не важно.

Джирран обвел глазами комнату. Его взгляд вернулся к горсти мужчин, восседавших в креслах у дальней стены. Они находились на почтительном расстоянии от плотной толпы. Игнорируя шумную драку перед собой, Джирран смотрел, как двое только что вошедших заговорили с одним из сидящих, передавая ему деньги, чтобы получить запечатанный пергамент, после чего ушли, даже не взглянув на петушиную арену.

– Вот где мы начнем разговор. – Джирран многозначительно кивнул.

Он отошел от перил, и Тейриол нехотя последовал за ним, оглядываясь на ходу. Внезапно Джирран остановился, и юноша тяжело наступил ему на пятку.

– В чем дело?

– Видишь того жирного борова? – скривил губы Джирран. – Это тот сучий сын, что арестовал нас вчера с Кейсилом на ярмарке.

Тейриол уставился на мужчину, стоявшего к ним спиной.

– А остальные?

Небрежно оглядевшись, Джирран медленно кивнул.

– Да, они все тут, тратят наши деньги на птиц.

Юноша взял Джиррана за локоть.

– Чтобы вернуть те деньги, нам нужно продать шкуры, пусть эти подонки и задолжали нам.

– Верно. – Джирран снова обратил внимание на строгих мужчин у дальней стены, а затем на плечистую свиту, с настороженными лицами пьющую у выхода эль. – Давай посмотрим, что скажет тот прихлебатель.

Мужчина, о котором шла речь, стоял, сложив крепкие руки на толстом животе, и посмотрел на горцев с невысказанным вопросом, когда те остановились перед ним.

– Не выпьешь с нами? – Джирран покачал бутылью. Здоровяк без слов протянул мятую оловянную кружку, и горец щедро наполнил ее.

– Где мы могли бы найти здесь честного дельца?

Толстяк смерил их уничтожающим взглядом.

– Человека, который предпочитает торговать напрямую, без всей этой чуши с гильдиями и ярмарочными поборами, – добродушно пояснил Джирран. – Видишь ли, мы в нагорьях так дела не делаем.

– А какое у вас дело? – Искра интереса вспыхнула в жестких глазах здоровяка.

– Меха, шкуры, лучшие, чем половина товара в палатках на ярмарке. – Джирран выпятил подбородок в бессознательной дерзости.

– Поговори с Харкуасом, вон тем господином.

Дородный мужчина с серебряными волосами, кривым носом и цепким взглядом повернул голову.

– Вам что-нибудь нужно?

Джирран смело шагнул вперед, Тейриол, не столь решительный, прятался за его плечом.

– Добрый день. Ваш помощник говорит, что вы интересуетесь горными шкурами.

– Возможно. – Человек по имени Харкуас расслабился, но его глаза под густыми бровями остались колючими. Он носил простой костюм из сизого сукна, размер которого говорил о мускулах, понемногу превращающихся в жир с тех пор, как этот человек оставил всю физическую работу более молодым. – Вы ищете регулярную торговлю или разовую сделку?

– Пока только одну сделку, – настороженно ответил Джирран.

Харкуас задумчиво поджал тонкие губы.

– Значит, вы и есть те двое горцев, которые пытались продать свои товары на ярмарке, не заплатив налога? – Он кому-то кивнул.

– Там, откуда мы родом, люди получают доход только от той работы, в которой сами участвуют, – резко сказал Джирран.

Невеселая улыбка тронула бескровные губы Харкуаса. Он слегка повернул голову, когда слуга из таверны подошел и что-то зашептал ему на ухо.

– Извините меня.

Харкуас наклонился в своем кресле к сидящему рядом человеку, еще одному крепкому типу без указательного пальца на одной руке и с жутким шрамом на нижней челюсти, словно кто-то пытался перерезать ему горло, но чуток промахнулся. Харкуас прикрывал рот ладонью, чтобы не было слышно его слов. Джирран скрестил руки с холодным видом уверенного в себе человека. Тейриол пытался ему подражать, но без особого успеха, ибо понял вдруг, что трое молодцев злодейской наружности тяжело дышат ему в затылок, возвышаясь над ним почти на две головы.

Харкуас кивнул, после того как сосед что-то пробормотал ему, бросив на Джиррана подозрительный взгляд.

– Ну, друг, – улыбнулся Харкуас Джиррану с теплотой свиньи на крюке мясника, – я в некотором затруднении. Мне ты кажешься честным человеком, но Лерер говорит, что вас забрала Стража Южных Ворот на ярмарке. Я могу воочию убедиться, что Виго с двумя своими напарниками тратят деньги на петухов с самого полудня. Будь я подозрительным, я бы подумал, что ваш арест – просто уловка. Допустим, я ударю с тобой по рукам, но что я найду? Членов гильдии, взламывающих дверь в мой склад, и вас, опознающих меха, которые вы продали мне, какому-то пронырливому судейскому чиновнику?

Трое молодцев позади Тейриола зашевелились, заскрипев кожей, а один тихо лязгнул кастетом.

Джирран и ухом не повел.

– Если ты так считаешь, мы больше не будем тратить твое время. В таком большом городе найдутся и другие люди, с которыми я смогу торговать. Меня не интересуют ваши гильдии, и ваши правила, и ваши стражники, – сказал он, едва сдерживая бешенство. – Я просто хочу продать меха за достойную цену и вернуться к своим делам в горах.

Харкуас поднял брови.

– Это очень прямой разговор для человека, чужого здесь и не имеющего подмоги. Я должен быть впечатлен?