Я посмотрела на суру Ориал. Вчера Зенела сидела снаружи и загорала. Девушка поправлялась быстрее и основательнее, чем могли объяснить лекарственные травы; там, в Энсеймине, она была бы уже прахом в урне. Однако убедить в этом Узару будет задачкой потруднее. Что же я упускаю? Должно ведь что-то быть.

Видно, мои мысли передались Узаре, и у него зачесались уши. Услышав внутри шум, я заглянула в суру. Узара неловко рылся в чемодане в поисках чистого белья и бритвы.

– Ты вчера опять вернулся очень поздно, – небрежно заметила я.

Узара внезапно улыбнулся.

– Одно из важнейших достоинств мага – это осторожность, Ливак, и, кроме того, мой отец всегда говорил, что благородный мужчина никогда не хвастается.

– Все, что мне нужно делать, так это искать то ожерелье, – напомнила я Узаре.

– Ищи, – посоветовал он со смешком и пошел к ручью умываться.

Так и не поняв, в чем шутка, я вновь подумала о каком-нибудь занятии. Перспектива коротать еще один день, угождая женщинам становища, не вдохновляла меня. Что будет сегодня? Очередная утомительная прогулка в лес в попытке замаскировать мое полное отсутствие интереса к листьям и растениям, которые я могла бы собрать для еды? Единственный неоспоримый факт, который я пока установила, это то, что Лесные ослики гораздо мельче и темнее тех, каких разводят во всем мире, и на них можно навьючить столько дров, что они выглядят как куча хвороста с ногами.

Из соседней суры вышел Фру.

– Доброе утро!

Несмотря на бодрое приветствие, менестрель выглядел совсем не таким свежим, как остальной Народ. Жизнь в Энсеймине приучила его к более удобным постелям и распорядку дня.

– Доброе утро.

Я торопливо собрала разбежавшиеся мысли.

– Мы идем за кабаном. – Фру помахал двумя копьями с толстыми древками. – Если Сорград или Грен пойдут, то получат право на свою долю добычи, и тогда ты сможешь вернуть свой долг за ужин. – С того памятного вечера Фру уже второй раз упоминал об этой обязанности.

– Я пойду.

После нескольких дней скуки никто не удержит меня от развлечения.

Менестрель опустил копья на землю.

– Я не думал… вряд ли ты деревенская девушка, так ведь? – Он замолчал, увидев досаду на моем лице.

– Они же идут, верно?

Я помахала Гевалле и ее сестрам.

Девушки оделись так, чтобы удобно было пробираться по лесу, и туго заплели волосы. На плечах у каждой крест-накрест висели веревки, а в руках они несли свернутую сеть.

– Поверь, я умею бегать, лазать и попадать в движущуюся цель не хуже любого из вас.

– Да, но… – Фру махнул рукой. – Только не путайся под ногами.

Тростниковый свист вплелся в утренние птичьи трели.

– Рэвин возглавляет охоту, – строго поучал Фру. – Если ты испортишь дело и он велит тебе отойти, сразу отходи и не вздумай препираться.

Я тотчас кивнула. Узаре не повезло, что он выбрал именно этот момент для возвращения. При виде охотников, сходившихся с луками, копьями и длинными ножами, глаза мага загорелись любопытством.

– Охота? Можно мне пойти?

– Нет, – категорически заявила я. – Ты не одет для этого.

Узара посмотрел на свою длинную не подпоясанную коричневую мантию, надетую поверх рубахи и суконных бриджей.

– Кто-нибудь одолжит мне тунику, а?

– Нет времени. – Я показала на Рэвина, уходящего в лес. – К тому же я не уверена, что твою помощь оценят.

– Нужное заклинание в нужный момент может мгновенно повалить животное, воздушная веревка, например…

– А если Народ сочтет это смертельным преступлением против Талагрина? – перебила я его. – Используй это время, чтобы поговорить еще с кем-нибудь из старших. Вспомни, для чего мы здесь.

– Фру? – взмолился Узара.

– Тебе лучше остаться в становище, – извиняющимся тоном ответил менестрель.

Я признала его правоту. Может, я и горожанка, но хоть знаю свои возможности, и мне достанет ума не попасть в беду.

Пусть Узара – один из лучших магов, которых я встречала, но у него столько же здравого смысла, сколько перьев у лягушки. Чародей, загоняющий зверя в магическую яму, сделает этих людей такими же бесполезными, как евнухи в борделе, и такими же довольными, как если б они подцепили дурную чесотку.

– Ну и ладно.

Узара обиженно засопел и быстро зашагал к хижине Ориал, а я последовала за Фру.

Охотники собирались, возбужденные от предвкушения потехи; нечто подобное горожанам заменяют кровавые забавы вроде собачьей травли. Некоторые распевали молитвы Хозяину Охоты, и меня так и подмывало подойти ближе и узнать, нет ли там какого нового джалквезана.

Я направилась к Рузии и ее сестрам. У других женщин из-под ремней торчали грубые мешки, а на поясе висели ножи. Кое-кто точил лезвия случайными точильными камнями, негромко при этом болтая.