— Доброе утро. Тем из вас, кто еще со мной не знаком, скажу, что меня зовут доктор Хантли. Всякий раз, когда кто-нибудь из вас чувствует себя нехорошо, он сообщает вожатому, а тот ставит в известность одну из лагерных медсестер, мисс Рудко или мисс Саутуорт, и она оказывает больному помощь, а если необходимо, его осматриваю я. Мне бы очень хотелось, чтобы и в дальнейшем, в последующие дни и недели, этот порядок сохранялся. При любом признаке нездоровья, как всегда, немедленно сообщайте вожатому. Если у тебя болит горло, или онемела шея, или непорядок с животом — сообщи вожатому. Если у тебя болит голова или тебе кажется, что у тебя температура, — сообщи вожатому. Если у тебя ничего не болит, но общее самочувствие неважное — сообщи вожатому. Вожатый отведет тебя к медсестре, она о тебе позаботится и даст мне знать. Я говорю это потому, что мне хочется, чтобы вы все были здоровы и хорошо провели оставшиеся недели лета.

Не сказав ничего, кроме этих немногих успокаивающих слов, доктор Хантли сел, и вновь поднялся мистер Бломбак: — Хочу вам сказать, что сегодня в первой половине дня я позвоню родителям каждого из вас и поставлю их в известность. Старших вожатых прошу собраться после завтрака в моем кабинете. Что касается остальных, — добавил он, — у меня все на сегодня. Распорядок дня не меняется. Все занятия как обычно. Выходите на солнышко и радуйтесь — вон опять погода какая хорошая.

Марсия побежала с тремя другими старшими вожатыми в кабинет мистера Бломбака, а Бакки, вместо того чтобы отправиться из столовой прямо на берег, как он твердо намеревался поступить, неожиданно для самого себя бросился догонять доктора Хантли, чтобы перехватить его, пока он не сел в свою машину, стоявшую у флагштока, и не уехал в город.

Он услышал, как сзади его зовут по имени.

— Бакки! Постой! Подожди нас! — Это были Шейла и Филлис, ринувшиеся за ним в погоню. — Да погоди же, Бакки!

— Девочки, мне надо поговорить с доктором Хантли.

— Бакки, — сказала одна из близняшек, хватая его за руку, — что нам делать, а?

— Вы же слышали мистера Бломбака. Все как обычно, ничего не меняется.

— Но полио!..

Они попытались было обнять его и уткнуться в поисках защиты в его широкую грудь, но он тут же отстранился, боясь выдохнуть в их одинаковые испуганные лица.

— Не волнуйтесь из-за полио, — сказал он. — Все будет в порядке. Шейла, Филлис, мне срочно надо идти, это очень важно.

И он оставил их там, не приободренных, жмущихся одна к другой.

— Но ты нам очень нужен! — крикнула одна из них ему вдогонку. — Марсия у мистера Бломбака!

— Сегодня днем! — крикнул он в ответ. — Обещаю! Скоро увидимся!

Доктор Хантли, когда Бакки к нему подбежал, уже открыл дверь машины и садился в нее.

— Доктор Хантли, мне надо с вами поговорить. Я Бакки Кантор, инструктор по водным видам спорта у мальчиков.

— Очень приятно. Мистер Бломбак упомянул о вас.

— Доктор Хантли, я вот что хочу вам сказать. Я приехал из Ньюарка в пятницу на прошлой неделе. Там я работал на спортплощадке в Уикуэйике, где эпидемия полио. Я два вечера после ужина занимался на озере с Дональдом Каплоу. В столовой мы каждый день сидели бок о бок. Мы тесно общались в коттедже. На Индейском вечере тоже сидели рядом. И вот он заболел полио. Доктор, не я ли его заразил? Может быть, я и для других заразен? Это возможно?

Пока Бакки говорил, доктор Хантли вылез из машины обратно, чтобы получше расслышать взволнованную речь этого крепкого, здорового на вид молодого человека.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он Бакки.

— Абсолютно нормально.

— Видите ли, вероятность бессимптомного носительства существует, но она мала. Такое бывает, но это очень необычное явление. Как правило, стадия носительства совпадает с клинической стадией. Но, чтобы облегчить вашу душу, — сказал врач, — и чтобы быть уверенными на все сто процентов, давайте сделаем вам спинномозговую пункцию. У вас возьмут немного спинномозговой жидкости на анализ. Определенные изменения в этой жидкости сигнализируют о полио. Можно сделать это прямо сейчас, сегодня утром, чтобы вас успокоить. Поедемте со мной в больницу, а потом мы позвоним Карлу, чтобы привез вас обратно.

Бакки побежал на берег озера сказать своим подчиненным, что уезжает на все утро, и поручил одному из старших вожатых руководить до его возвращения водными занятиями.

Потом обратно к доктору Хантли, который ждал его в машине. Если бы только анализ показал, что не он источник заразы! Если бы только получить доказательство своей невиновности! Пройдя обследование в больнице и убедившись, что все с ним в порядке, он бы тогда на обратном пути в лагерь заскочил в Страудсберге в ювелирный магазин и купил Марсии обручальное кольцо. Он надеялся, что ему хватит на колечко с настоящим камнем.

Позднее в тот день в лагерь начали приезжать машины, чтобы увозить детей домой. Они продолжали приезжать до позднего вечера и на следующий день, так что за двое суток после того, как мистер Бломбак объявил лагерю за завтраком, что один из вожатых заболел полио, родители забрали более сотни из двухсот пятидесяти детей. Назавтра еще у двоих из коттеджа Бакки, в том числе у Джерома Хохбергера, самого крупного из ребят, который в Индейский вечер кутался в шубу и изображал медведя, диагностировали полио, и весь лагерь был немедленно закрыт. Еще девять детей из Индиан-Хилла заболели и были госпитализированы уже после возвращения домой, и в их числе Шейла, младшая сестра Марсии.