Собравшиеся в кают-компании офицеры как завороженные наблюдали за этим невероятным атмосферным катаклизмом. Хобот, постепенно утолщаясь, покачиваясь и сгибаясь, словно бы в попытке сохранить равновесие, вытянулся на высоту около километра, а затем вся поверхность атмосферы в непосредственной близости от него начала медленно вспучиваться, образуя чудовищную воронку, раструбом обращенную к планете. Никто даже не заметил, когда сгладилась впадина, из которой появился хобот величественного смерча, но все помнили о ней. Малоразговорчивый Томаш Клотс, главный энергетик «Одиссея», вдруг кашлянул и глухо произнес:

– Такое впечатление, что это чудовище само себя вывернуло наизнанку!..

– Как вы сказали?! – немедленно подал голос профессор Карпински. – Вывернуло наизнанку?! Удивительно точное сравнение, вот только оно не объясняет, каким образом это сделано?.. Каков... э-э-э... механизм этого явления?!

В этот момент в разговор вмешался командир линкора:

– Профессор, а вы не пытались увеличить изображение кончика хобота этого смерча?..

– Зачем? – не понял профессор. – На мой взгляд, наибольший интерес представляет как раз воронка. Именно она пока еще непонятным образом выбрасывает в космос сотни тонн водорода и гелия, закручивая их столь причудливым образом!

– А мне кажется, что на кончике хобота что-то... лежит! – предположил Вихров.

– Лежит?! – удивился Карпински.

Действительно, самый кончик хобота, выброшенный далеко за пределы атмосферы, угольно чернел на фоне бирюзовой поверхности планеты, а между ним и основным телом смерча зияла прозрачная пустота!

Несколько секунд все вглядывались в этот, совсем небольшой сгусток черноты, и вдруг конец хобота величаво мотнулся в сторону, изогнулся и начал рассыпаться. Клочья сжатого вращением газа расшвыривало в стороны, хобот стремительно опадал, возвращаясь в исторгшую его атмосферу, а черное пятно на его конце бесследно исчезло!

Спустя несколько десятков секунд исчезло и само изображение, и в оранжевой рамке снова появился профессор Карпински на фоне приборного отсека научно-исследовательского модуля.

Он задумчиво смотрел на сидящих в кают-компании офицеров, словно бы не зная, что сказать, а затем вдруг встрепенулся и проговорил:

– Там действительно что-то было! Но... Господа, мне уже во время моего доклада сообщили, что аналогичный процесс начался еще в одном месте, я с вашего разрешения дам указание по возможности укрупнить верхушку хобота и попробовать определить ее содержание.

Он исчез с экрана, однако «картинка» продолжала демонстрировать интерьер приборного отсека.

– Итак, господа, – привлек внимание офицеров командир корабля, – нам нужно принять решение. Как вам известно, «Одиссей» выполняет программу «Звездный лабиринт». В соответствии с этой программой мы должны были облететь F5 и следовать к G3 для выхода на орбиту у одной из ее планет. Однако мне удалось приостановить выполнение этой программы, чтобы произвести исследования вот этого газового гиганта. – Вихров кивнул в сторону «картинки», словно на ней все еще красовался бирюзовый шар планеты. – Сообщение нашего главного астрофизика позволяет мне считать, что эта задержка вполне оправданна, но имеет ли смысл задерживаться еще больше, чтобы подготовить и осуществить спуск на планету для ее более детального изучения, на чем настаивает наша научная группа?!

– Позвольте! – неожиданно подал голос бригадный генерал Эндрю Бейтс. – Если вам удалось приостановить действие программы «Звездный лабиринт», значит, вы способны... вводить в нее изменения?!

– Ну-у-у... – медленно протянул Вихров, – можно считать, что это так.

– Тогда нужно немедленно перенаправить линкор к Земле!! – вскричал генерал, возбужденно вскочив на ноги.

– Позвольте! – в свою очередь воскликнул Вихров. – Вы требуете, чтобы я саботировал приказ Высшего Совета Земного Содружества?!!

Лицо бригадного генерала выразило такую растерянность, что Вихров едва не рассмеялся. Сдержавшись, он продолжил самым серьезным тоном:

– Не вы ли господин генерал убеждены, что программа «Звездный лабиринт» введена в Главный компьютер линкора непосредственно с Земли?! И вот теперь вы требуете, чтобы я нарушил приказ верховного главнокомандующего Земного Содружества?!!

– Но!.. Я!.. Ведь вы сами!..

Генерал явно никак не мог собраться с мыслями. Наконец он выпалил:

– Вы ведь сами утверждали, что эта программа – диверсия мятежников с Гвендланы!!!

– Однако вы со мной не были согласны! – едко возразил Вихров. – Или вы резко изменили свое мнение?!!

– Я!.. Нет!.. Но!.. – еще больше смутился генерал, замолчал и уселся на свое место.

– Вопрос немедленного возвращения на Землю, возможно, будет рассмотрен позже. А сейчас мы вернемся к поставленной проблеме! – подвел черту под возникшим спором Вихров и оглядел собравшихся.

Словно подчиняясь этому взгляду, поднялся второй ассистент штурмана.

– Разрешите, командир! – глядя чуть исподлобья, обратился он к Вихрову и, получив утвердительный кивок, обежал собравшихся взглядом. – Я понимаю интерес научной братии к этой планете – много непонятного, нового, возможны самые невероятные открытия. Но, может быть, будет вполне достаточно того, что мы уже открыли саму эту планету?.. Может быть, будет правильным выполнить введенную в главный компьютер программу и вернуться?.. Тогда на основании собранных нами материалов Землей будет снаряжена серьезная экспедиция с соответствующим подбором научных кадров, необходимой техники... Я против того, чтобы заниматься самодеятельностью, я за продолжение полета!..