— Ну, господа, как вам нравится моя история?

Мы, конечно, поспешили заверить его — совершенно искренне, — что она очень интересная, а Гуд многозначительно заметил, что она будет почище его истории с каменным бараном.

— Еще бы! — согласился Квотермейн не менее многозначительно. — Однако мы порядком засиделись, — прибавил он, вставая. — Уже третий час, а завтра нам на охоту.

— А куда вы дели капкан, Квотермейн? — поинтересовался я, зажигая свечу, чтобы отправиться в отведенную мне комнату.

— Увез с собой и поставил было у себя в спальне, но, признаюсь, он не давал мне спать: каждую ночь мерещился в нем то Эвери, то Вамбе, то малютка Майвы, а напоследок стало казаться, будто я торчу из него сам. Я больше не мог выносить этого и отослал капкан в музей с объяснением, откуда он и чем замечателен.

Мы простились и разошлись спать. Я уснул, думая об услышанном, и всю ночь мне снилось, будто я женат на Майве и очень боюсь своей грозной красавицы жены.