От исходящего от Дэниела жара у меня перехватило дыхание, но я прижалась к нему сильнее, желая большего. Дэниел застонал, целуя крепче и жестче и давая волю хлынувшей потоком страсти, которая и вернула меня к действительности.

«Если ты сейчас не остановишься, то все закончится тем, что ты займёшься с ним сексом здесь, на земле, прямо как животное, в которого ты и превращаешься…»

– Нет!

Тяжело дыша, я вырвалась из его объятий. Дэниел отпустил меня, однако его рука по-прежнему сжимала моё запястье, не давая полностью освободиться.

– Что не так?

У меня вырвался смешок:

– Ты. Я. Всё.

Он убрал волосы с моего лица, и посмотрел так напряжённо, что я задрожала.

– Всё так, как должно быть, даже если ты не хочешь это признавать.

Развязавшееся от бега полотенце упало на землю, оставив меня в одном только купальнике. Глаза Дэниела жадно заскользили по моему телу. Я невольно задрожала, а моё предательское тело покрылось гусиной кожей и инстинктивно потянулось ему навстречу.

Хватка на запястье ослабла. Теперь Дэниел лишь слегка поглаживал мою кожу.

– Ты хочешь меня, - сказал он низким голосом. – Почему же отталкиваешь?

Я резко выпрямилась.

– Потому что могу. Ты лишил меня права выбора во всех вопросах, но это право по-прежнему все ещё моё. И я говорю «нет»!

Дэниел отпустил меня. Тёплый янтарный цвет его глаз сменился на более тёмный. Он поднял полотенце, передал его мне и отвернулся.

– Не я лишил тебя права выбора. Это сделал Габриэль. Оставшись в этих лесах, ты, вероятно, умрёшь от переохлаждения. Или же через неделю обратишься, но не узнаешь, как превратиться обратно в человека. В конце концов, ты сойдёшь с ума, обречённая ходить в новом обличии и обуреваемая сильными, неконтролируемыми инстинктами. Ты даже представить себе не можешь, насколько сильными. В конце концов, ты нападёшь на первого встречного, будь то мужчина, женщина или ребёнок. Затем люди, пытаясь добраться до тебя, начнут охоту на волков. Они будут убивать всех представителей нашего рода, пока рано или поздно не обнаружат тебя. И либо застрелят, либо поймают в ловушку. Но в любом случае, это будет ужасно. Уйди ты сейчас, и люди гарантированно погибнут, включая тебя. Если же вернёшься назад со мной, никто не умрёт. Вот он, твой выбор.

– Я могу добраться до врача, найти лекарство, - упрямо ответила я.

Дэниел рассмеялся, но смех получился горьким:

– В нашей стае были врачи, многие десятилетия пытавшиеся найти лекарство. Не для нас, а для людей, которых заразили без их разрешения. Вроде тебя. Но лекарства нет, Марли. Существуй оно – ты его сразу бы получила.

На меня обрушилась безнадёжность.

– Ты говоришь мне, что я больше никогда не увижу свою семью и друзей. Ты на всё готов пойти ради своей стаи, но ожидаешь, что я просто забуду о тех, кто когда-то что-то значил в моей жизни!

Дэниел по-прежнему стоял, не оборачиваясь.

– Если бы ты несколько дней не отказывалась от разговоров со мной, я бы сообщил, что изоляция после первого обращения продолжается всего несколько месяцев. Как только ты научишься контролировать себя, то сможешь увидеть семью и друзей. Либо они приедут сюда, либо ты переберёшься назад к ним. Однако тебе нужно жить где-то неподалеку от волков, чтобы после обращения ты не бегала на четырех лапах по улицам города, привлекая нежелательное внимание.

От этой информации мысли завертелись у меня в голове. «Мне не обязательно находиться здесь вечно. Я смогу поехать домой и снова увидеть своих родителей, сестру, Брэнди и даже племянника. Я могу переждать. Научиться контролировать себя. А смогу ли я вообще научиться жить, будучи одновременно и женщиной, и волком»?

Дэниел двинулся прочь, сухие листья зашуршали у него под ногами. Не шевелясь, я смотрела ему вслед. Неужели он действительно предоставлял мне выбор? Если я направлюсь в другую сторону, неужели он не попытается меня остановить?

И я проверила это. Повернулась и пошла в противоположном направлении. Дэниел продолжал идти вперёд: в его шагах не слышалось ни малейшего колебания. «Он хочет обманом заставить тебя сделать то, что ему нужно», - шептала мне циничная сторона моей натуры. «Он вернётся».

Я продолжала идти. Он тоже. Вскоре, когда мы отдалились друг от друга на достаточное расстояние, звуки шагов Дэниела начали стихать. Через десять минут они окончательно утихли.

 Луна ярко освещала лес, но только благодаря запаху Дэниеля я не заблудилась. У меня не было привычки полагаться на своё обоняние, но именно это я делала сейчас, направляясь в сторону городка. Хотя правильнее сказать, я очень надеялась, что двигалась в нужном направлении. Заметив боковым зрением промелькнувшие мимо размытые красно-коричневые тени, первые пару раз я испугалась, но потом поняла, что это было. Теперь я могла видеть тепло, которое исходило от живых существ, словно смотрела в видоискатель инфракрасной камеры.