У меня от холода зуб на зуб не попадал. Тело охватила страшная усталость. Я ждала. Через несколько минут вокруг скалы, на которой я нашла себе убежище, сгустились сумерки. Время шло быстро.

Паника охватила меня, когда я увидела, что вода начала подниматься. Я поняла, что, если помощь не подоспеет через полчаса, скала полностью погрузится в волны. Только бы не опоздали! Я вновь подумала о Джефе, и меня стали душить надсадные рыдания, которые раздирали горло.

Где они? Почему не торопятся? Сколько же надо времени, чтобы найти помощь? Почему она не крикнула мне что-нибудь в ответ? Хотя бы для ободрения?

Ужас ледяными щупальцами охватил мое сердце. Может ли быть, что она пошла вовсе не за помощью? В это невозможно было поверить… Рейчел зловредна, она недолюбливает меня по вполне понятным причинам, но не могла же она и впрямь бросить меня погибать здесь?

Время шло, и я стала понимать, что нет смысла больше себя обманывать. Она желала моей смерти. Она бросила меня здесь на волю волн. Она не подняла тревоги, не пошла за помощью.

Я окончательно упала духом. Какой-то туман начал подниматься у меня в голове, и я поняла, что вот-вот потеряю сознание. Я почти не сопротивлялась. Во мне не осталось духа борьбы. Если уж придется принять смерть, то лучше принять ее в бессознательном состоянии. Даже мысль о том, что я больше никогда не увижу Джефа, перестала пробуждать во мне волю к борьбе. Я была уже не в силах бороться. Холод окружил плотной оболочкой мое тело и мое сознание.

Медленно погружаясь в беспамятство, я вдруг услышала лай собаки. Этот звук поначалу не вызвал во мне никаких чувств, я уже готова была полностью отдаться наползающей на сознание тьме небытия.

Но вдруг резкий свист донесся до меня, словно срикошетировав от воды. За ним последовал звук мужского голоса:

— Ко мне, Роб!

Искра оживления пробежала по телу, и я каким-то чудом вернулась к жизни, вернее, к желанию жить. Набрав воздух в рот, что отозвалось во мне болью, я крикнула:

— На помощь! На помощь! Помогите!

Я сама едва расслышала звук собственного голоса и не была уверена, что меня услышали на берегу.

— Эй! Там кто-то есть?

Мое тело было парализовано, но сердце радостно заколотилось в груди.

— Помогите! Пожалуйста, помогите! Я на скале! Через несколько минут ее накроет водой!

— О, Боже! — вскричал мужчина, стоявший на берегу. — Бедняжка! Держись!..

Гигантская волна накатила на скалу и покрыла меня брызгами соленой воды. Я уже ничего не видела и не слышала, только знала, что этот человек спасет меня… если, конечно, еще не слишком поздно.

Он услышал меня. Почему же не услышала Рейчел?.. Рейчел хотела, чтобы я погибла, — таков был единственно возможный ответ.

Я стала молиться. Я знала, что даже сейчас, когда меня услышали, у меня очень мало шансов на жизнь, что, возможно, помощь уже безнадежно запоздала. Когда волны накатывали на скалу, где я лежала, меня уже не просто осыпало солеными брызгами. Волны стали заметно выше, сильнее и готовились смыть меня отсюда.

Через несколько минут я увидела лучик фонаря, шаривший по темной воде с берега.

— Эй? Ты все еще там? — расслышала я заглушаемый шумом беснующегося моря мужской голос.

— Да!

— Держись, мы сейчас!

До пляжа было рукой подать. В спокойный летний день я без всякого труда преодолела бы это расстояние вплавь. Я знала, что на лодке они доберутся до меня за одну минуту. Неужели судьба настолько жестока, что лишит меня надежды сейчас, когда помощь так близка?

Где-то в темноте затарахтел и тут же затих мотор. Его завели снова, и на этот раз он заработал. Из темноты стал медленно проявляться приземистый силуэт… В следующую секунду мне в лицо ударил мощный пучок света.

— Вон она! — крикнул кто-то.

Сощурив глаза, я различила две темные фигуры. Свет был выключен, и вокруг меня вновь сгустилась тьма.

В следующее мгновение на скалу обрушилась особенно мощная волна, и я закричала от отчаяния. На секунду возникло ощущение полета, а потом меня вновь кинуло в ледяную морскую пучину, сорвав со спасительной скалы…

Выбравшись из рваного тумана беспамятства, я обнаружила, что отнюдь не плыву на розовом райском облачке, а спокойно лежу в теплой кровати. Сквозь радужные блики я увидела склонившееся надо мной лицо, которое то становилось четким, то подергивалось непонятной дымкой.

— С ней будет все в порядке, миссис О'Мара, так что не волнуйтесь.

— Да благословит вас Господь за это, доктор Райян.

Я шевельнула головой, которая раскалывалась на части. На секунду мне стало дурно, весь мир поплыл перед глазами.

Доктор положил ладонь мне на руку, и его лицо вновь вышло из тумана. Скосив глаза на свою левую руку, я увидела, что она забинтована.

— Всего лишь царапины и несколько синяков. Считайте, что отделались легким испугом. День-два постельного режима — и вы поправитесь окончательно. К счастью, вы оказались сильной и здоровой молодой женщиной.