Ходит по комнате.

Потом, смотри. Если я нездоров и днем полежу, откуда мне знать, когда я проснусь, пора ли пить чай! Еще, понимаешь, ничего, когда приходишь. На углу есть часы, и, когда я вхожу в дом, я знаю, который час. Но когда вошел! Когда я уже здесь! Тогда у меня и понятия нет, сколько времени.

Пауза.

Нет, что мне нужно, так это часы… здесь, в комнате, тогда я, может, еще продержусь. Но он мне ничего не дает.

Садится на стул.

Будит меня! Он меня будит посреди ночи! Говорит, что я бормочу! Я тебе говорю, я уже было на днях решил все ему высказать!

Мик. Он не дает тебе спать?

Дэвис. Не дает мне спать! Будит!

Мик. Какой ужас!

Дэвис. Я в разных местах бывал. Мне всегда давали спать. И везде так, куда ни пойди. Кроме как здесь.

Мик. Сон необходим. Я всегда это говорю.

Дэвис. Точно, сон необходим. Я утром просыпаюсь, я измотанный совсем. У меня есть дела, мне надо ходить везде. Мне надо определиться, мне надо пристроиться. Но когда я встаю утром, у меня совсем нет сил. И ко всему еще нет никаких часов.

Мик. Да.

Дэвис (встает, ходит по комнате).Он уходит, я не знаю, куда он идет, где это он ходит, он мне не говорит. Мы с ним болтали, бывало, а потом — хоть бы разок. Я не вижу его никогда, он уходит, приходит поздно, только и делает, что меня расталкивает среди ночи.

Пауза.

Послушай! Я просыпаюсь… Я просыпаюсь утром, и он лыбится на меня! Он стоит тут, смотрит на меня и лыбится! Я его вижу, понимаешь, я его вижу через одеяло. Пиджак надевает, потом оборачивается, смотрит на мою кровать, рот до ушей. Какого дьявола он зубы скалит? Только он не знает, что я за ним смотрю через одеяло. Слабо ему знать! Не знает, что я его вижу, думает, я сплю, но я за ним слежу все время через одеяло, понял? А он не знает! Он просто смотрит на меня и зубы скалит, а не знает, что я вижу!

Пауза.

(Наклоняясь к Мику.)Ты, верно, чего хочешь, ты хочешь поговорить с ним, точно? Я уже… Я уже всё придумал. Ты скажи ему… у нас есть, мол, планы насчет этого дома, мы могли бы тут устроиться, мы всё привели бы в порядок. Смотри, я мог бы все отделать здесь, я бы тебе помог во всем… если б мы вдвоем тут, ты да я…

Пауза.

Ты теперь где живешь?

Мик. Я? Ну, у меня есть квартира. Неплохая. Всё на месте. Приходи как-нибудь, выпьем. Чайковского послушаем.

Дэвис. Нет, ей-богу, тебе бы поговорить с ним. То есть ты же его брат.

Пауза.

Мик. Да… может, и поговорю.

Хлопает входная дверь. Мик поднимается и выходит.

Дэвис. Ты куда? Это же он!

Молчание.

Дэвис стоит, затем идет к окну и выглядывает. Входит Астон. У него в руках большой бумажный пакет. Он снимает пальто, разворачивает пакет и вынимает ботинки.

Астон. Ботинки.

Дэвис (оборачиваясь).Чего?

Астон. Я их подобрал. Примерь!

Дэвис. Ботинки? Какие ботинки?

Астон. Может, подойдут.

Дэвис (снимает свои сандалии и примеряет ботинки, прохаживается, поводит носками, наклоняется и ощупывает кожу).Нет, не годятся.

Астон. Да?

Дэвис. Не подходят.

Астон. Ммм…

Пауза.

Дэвис. Ладно, вот что, я их поношу… пока других не достану.

Пауза.

А где шнурки?

Астон. Нет шнурков.

Дэвис. Я не могу их носить без шнурков.

Астон. Я нашел без шнурков.

Дэвис. Тогда что ж, тогда крышка. То есть они держаться не будут без шнурков. Чтобы ботинки сидели на ноге без шнурков, нужно ногу напрягать, понимаешь? Ходить с напряженной ногой, понимаешь? Это же вредно! Большая нагрузка для ноги. А если ботинки зашнурованы, не надо совсем напрягаться.

Астон (подходит к своей кровати).Может, у меня завалялись какие.

Дэвис. Вот, вот, понимаешь, чего мне надо?

Пауза.

Астон. Вот какие-то.

Дэвис. Они коричневые.

Астон. Больше нет.

Дэвис. А ботинки черные.

Астон не отвечает.

Ладно, подойдут, пока других не достану. (Садится на стул и зашнуровывает ботинки.)Может, в них я доберусь завтра до Сидкапа. Если я туда попаду, смогу пристроиться.