КРЕОН. Да, Гемон.

ГЕМОН /внезапно вскрикивает как ребенок, бросаясь в его объятия/. Отец, это неправда! Это не ты, это произойдет не сегодня! Нас обоих еще не приперли к стенке, когда выбора уже нет, и надо сказать "да". Ты еще всемогущ, как и в дни моего детства. Умоляю тебя, отец, сделай так, чтобы я мог восхищаться тобой! Я слишком одинок, и мир слишком пустынен для меня, если я не могу больше восхищаться тобой.

КРЕОН /высвобождаясь из его объятий/. Ты слишком долго восхищался мной. Посмотри на меня! Это и значит стать мужчиной - взглянуть однажды прямо в лицо своему отцу.

ГЕМОН /вглядывается в него, потом отступает с криком/. Антигона! /Убегает./

ХОР /идет к Креону/. Креон, он выбежал как безумный!

КРЕОН /стоит неподвижно, глядя прямо перед собой, куда-то вдаль/. Бедный мальчик, он ее любит.

ХОР. Креон, надо что-что сделать!

КРЕОН. Я больше ничего не могу.

ХОР. Он ушел, смертельно раненный.

КРЕОН /глухо/. Да, мы все смертельно ранены.

Входит АНТИГОНА, подталкиваемая СТРАЖНИКАМИ.

АНТИГОНА. Значит, это ты?

СТРАЖНИК. Что - я?

АНТИГОНА. Последнее человеческое лицо, которое я вижу.

СТРАЖНИК. Надо полагать.

АНТИГОНА. Дай, я посмотрю на тебя...

СТРАЖНИК /отходит от нее, смущенно/. Ладно, смотри.

АНТИГОНА. Это ты тогда задержал меня?

СТРАЖНИК. Да, я.

АНТИГОНА. Ты сделал мне больно. В этом не было никакой нужды. Разве было похоже, что я убегу? Сколько тебе лет?

СТРАЖНИК. Двадцать девять.

АНТИГОНА. У тебя есть дети?

СТРАЖНИК. Да, двое.

АНТИГОНА. Ты их любишь? Давно вы стражником?

СТРАЖНИК. С тех пор, как кончилась война. Я был сержантом и остался на сверхсрочной.

АНТИГОНА. Чтоб стать стражником, нужно быть сержантом?

СТРАЖНИК. Вообще-то да. Или хотя бы служить в спецкоманде. Но когда становишься стражником, теряешь чин сержанта. К примеру, ежели я встречу рядового из новобранцев, он может не козырять мне.

АНТИГОНА. Вот как!

СТРАЖНИК. Да, заметьте, обычно они все же козыряют. Новобранцы знают, что стражник - не нижний чин. Ну а платят что нам, что спецкоманде одинаково, и каждые полгода полагаются наградные - выплачивают жалованье сержанта. Зато стражник пользуется другими выгодами. Квартира, отопление, пенсия, наградные... Словом, стражнику, особенно ежели у него есть жена и дети, живется лучше, чем сержанту-кадровику.

АНТИГОНА. Вот как!

СТРАЖНИК. Да. Вот почему сержанты со стражниками на ножах. Видали вы, как сержанты воротят нос от нас, стражников? У них есть большое преимущество, их быстрее повышают в чинах. В известном смысле это верно. У нас, конечно, продвижение по службе идет медленнее, труднее, чем в армии. Но вы не должны забывать, что бригадир у стражников - это совсем не то, что старший сержант в армии.

АНТИГОНА /прерывает его./ Послушай...

СТРАЖНИК. Да.

АНТИГОНА. Я сейчас умру.

СТРАЖНИК не отвечает. Пауза. Он ходит взад и вперед.

СТРАЖНИК /через некоторое время снова начинает рассуждать/. С другой стороны, положение стражников кое в чем, пожалуй, лучше, чем сержантов-кадровиков. Стражник - солдат, но в то же время он некоторым образом государственный служащий...

АНТИГОНА. Как ты думаешь, умирать больно?

СТРАЖНИК. Не могу вам сказать. На войне те, кто был ранен в живот, сильно мучились. А я ни разу не был ранен. И это даже помешало моему повышению в чине...

АНТИГОНА. Какую смерть они выбрали для меня?

СТРАЖНИК. Не знаю. Мне кажется, как будто говорили, что Вас...

АНТИГОНА. Совсем одна...

СТРАЖНИК /закладывая табак за щеку/. Тяжеленько там будет нести караул. Сначала собирались послать солдат. Но, по последним слухам, как будто поставят опять стражников. Они, мол, все вытерпят! Не удивительно, что некоторые стражники завидуют сержантам-кадровикам...

АНТИГОНА /шепчет устало/. Два зверька...

СТРАЖНИК. Какие еще зверьки?

АНТИГОНА. Два зверька прижались бы друг к другу, чтобы согреться. А я совсем одна.

СТРАЖНИК. Если вам что нужно, дело другое. Я могу позвать.

АНТИГОНА. Нет. Мне хотелось бы только, чтобы после моей смерти ты передал письмо одному человеку.

СТРАЖНИК. Как так - письмо?

АНТИГОНА. Письмо, которое я напишу. Если ты согласишься, я дам тебе этот перстень.

СТРАЖНИК. Перстень.

АНТИГОНА. Золотой.

СТРАЖНИК. Золотой... Если меня обыщут, военного суда не миновать. Все равно! /Осматривает перстень./ Если хотите, я могу написать в своей записной книжке то, что вы мне продиктуете. Потом я вырву эту страничку. Если написано моим почерком - дело другое.