Воскресенье, на которое попадал Хэллоуин, обещало стать тяжелым. Веселье праздничной «Ночи озорства» давно сменилось разрушительной вакханалией. Правила нормального поведения отметались, и полиция не успевала реагировать на случаи мелкого вандализма и антисоциальное поведение. В 2003 году особо мощные петарды использовались для подрыва автомобилей, телефонных будок и даже полицейских участков. Правда, после нескольких недель, когда город жил как в осаде, жизнь постепенно вернулась в нормальное русло. Но, поскольку расовая напряженность в городе резко возросла, темные личности могли легко использовать эту возможность для организации новых нападений.

– Потребуются дополнительные силы для патрулирования в вероятных очагах напряженности, и не на одну ночь…

– Они получат сверхурочные, босс? – вылез Танстолл.

У Рикмена дернулся уголок рта.

– Что это ты заговорил про переработку, Танстолл? Изнываешь от скуки на расследовании особо важного дела? Предпочитаешь снова влезть в униформу?

– Нет, нет, босс, – залепетал Танстолл. – Это просто… праздное типа любопытство.

Рикмен продолжил:

– Школы устраивают дискотеки и другие мероприятия, и мы категорически не рекомендуем «Трик-о-трит», если за детьми нет пристального надзора. Появились слухи об отравлениях шоколадом и сладостями.

– Зачем мешать естественному отбору? – проворчал Фостер.

– Что?

Смешки затихли, толком и не начавшись.

Фостер округлил глаза.

– Недостатки воспитания, босс, – начал он оправдываться, поняв, что выступил слишком громко. – Никак не соображу, когда надо держать рот на замке.

– Учись, – посоветовал ему Рикмен. – И побыстрее. – Он дождался, пока каждый не уяснил себе, что он не находит подобные замечания забавными, и тогда продолжил: – Результаты повторного вскрытия Софии оказались неубедительными, но мы точно знаем, что она была не связана, но зато накачана наркотиками, как и жертвы поджога. Итак, один и тот же прием как лишнее доказательство возможной связи этих дел. И если кто-то нацелил свой удар на здешних иммигрантов, мы должны выяснить почему.

– Не хочу глупо выглядеть… – Рикмен чуть не вздрогнул, опять услышав голос Танстолла. – Это, понятное дело, какой-то расист, а как же еще? – закончил Танстолл.

– Почему ты так думаешь?

Танстолл заерзал на месте:

– Потому что все они иностранцы.

– Да, – подтвердил Рикмен. – Но могут быть и другие – необычные – причины, почему были выбраны именно эти люди. Нужно не предполагать, а искать и доказывать.

Он мог бы привести в качестве примера свой случай: анализ крови, обнаруженной на одежде Софии, позволил предположить, что Рикмен побывал у нее на квартире, что он был с ней знаком, что, видимо, порезался тем самым ножом, которым убил ее. Однако он решил не привлекать лишний раз внимания коллег к этому набору фактов.

Наоми Харт надевала пальто, когда зазвонил телефон. Было уже поздно, почти все разошлись по домам, поэтому она с неохотой подняла трубку свободной рукой, продолжая попытки другой попасть в рукав.

– Детектив Харт.

Вдруг лицо ее сделалось сосредоточенным, она заметно волновалась и чуть не порвала подкладку рукава, торопясь выхватить ручку и сделать запись. Через некоторое время она постучала в дверь кабинета инспектора Рикмена.

– Джордан, похоже, попался, босс. Позвонили на телефон доверия.

Рикмен поднял на нее глаза:

– Звонок анонимный?

– Только агентурная кличка, – ответила Наоми, – но информацию проверили, все сходится.

– Рассказывай.

– Согласно источнику, София жила с Джорданом несколько недель. Затем он отправил ее работать. Похоже, на панели она пробыла всего несколько дней, до того как ее убили.

Рикмен перевел дыхание:

– Так. Нам нужны вещественные доказательства. Я получу ордер на арест, а вы позвоните в отдел криминалистики, пусть будут готовы прислать специалиста.

– Все пока работают на месте преступления с поджогом, босс, – ответила она. – У них нет свободных криминалистов.

– Скажите, пусть вызывают свободного от дежурства. Я хочу, чтобы криминалист прибыл, как только Джордан окажется под стражей.

Он передал информацию Хинчклифу, но извещать группу «Холмс» было уже поздно: их рабочее время закончилось. Утром он запросит новую схему, включающую последнюю информацию. Она позволяет выявить связи, которые невозможно проследить при изучении письменных рапортов, – суммирует информацию, выделяет взаимосвязанные факты, упрощает элементы расследования.