Клоны изумленно посмотрели друг на друга.

— Вот как вам удавалось шпионить за нами все эти годы, — проворчал Джон. — Федеральные агенты были собаками, а вы — звоночком Павлова.

— Отличный способ для приобретения всего, что тебе хочется, — с усмешкой ответил Хилл. — Большинство военачальников и сетевых фанатов конспирологии считают «Код фантом» одной из городских легенд. Когда вы входите в круг посвященных лиц, то исчезаете с лица земли. Ваши указания вытесняют любые законы и существующие приказы. Тем не менее документ с грифом этого кода практически неопределяемый. Он как письмо, написанное невидимыми чернилами. Такая секретность была очень полезна на раннем этапе проекта, когда мы нуждались в ресурсах и персонале. Теперь это поможет нам доставить вас туда, куда нужно. Вы можете считать подобное использование кода «Фантом» превышением властных полномочий. И будете правы.

— Главное, причина хорошая, — добавил Джек. — Ведь вы прикрываете им ваши задницы.

— Мир не готов к появлению клонов среди людей, — сказал Кляйнман, взглянув на него через дужку очков. — И не готов к «Седьмому сыну».

— Я думаю, мир еще меньше готов к появлению Джона Альфы, — ответил Джек.

— В нашем проекте доступ к коду «Фантом» имеем только мы с доктором Кляйнманом, — продолжил генерал. — С его помощью мы доставим вас в Калифорнию. С его помощью мы скроем любой инцидент, с которым вы можете столкнуться. Даже сам президент не имел таких привилегий.

— О господи! — прошептал отец Томас.

— Вот именно, — приподняв брови, ответил Хилл. — О господи!

— Когда мы прибудем в Лос-Анджелес? — спросил Майкл.

— Если пилоты выдержат график полета, вы будете там в семь вечера по местному времени. Уже достаточно стемнеет.

Кляйнман прочистил горло.

— А теперь, джентльмены, наступила пора, когда кому-то нужно торопиться, а кому-то ждать. Я предлагаю вам расслабиться в оставшееся время. Вы можете позвонить своим семьям и близким друзьям.

— Вы серьезно? — спросил Джек.

— Конечно, — ответил Кляйнман. — Учитывая, как безотлагательно вас привезли сюда, ваши возлюбленные и члены семей имеют все основания для беспокойства и тревоги.

Старик с усмешкой посмотрел на психолога.

— Возможно, некоторым из вас не мешало бы успокоить раздраженных издателей.

— Ларри, мать его, Кинг, — закрыв глаза, простонал доктор Майк. — Рошель убьет меня.

Отец Томас сделал шаг вперед.

— Что нам можно говорить?

Он взглянул на Хилла, затем — на Кляйнмана.

— Что вы позволите нам сообщить?

— Я хотел бы сказать: «Мы полагаемся на ваш здравый смысл», — ответил Кляйнман, — но боюсь, что этим все не ограничится. Мы с генералом Хиллом обсудили данный вопрос. Он не хотел рисковать безопасностью базы, но я уговорил его дать каждому из вас по одному телефонному звонку. Вам придется выполнить ряд условий. Разговор не должен превышать пятнадцати минут. Никаких исключений. Естественно, вам не следует говорить собеседнику, где вы сейчас находитесь и по какой причине. Все намеки на проект «Седьмого сына» строго запрещаются. Если вы нарушите эти правила, линия будет отключена.

— Дайте догадаться, — сказал Джей, покосившись на стену с телеэкранами. — Вы будете нас подслушивать?

— Конечно будем, — сказал Хилл.

— Мы можем идти? — спросил Майкл, поворачиваясь к двери.

— Будьте аккуратны, говоря по телефону, — крикнул им вдогонку Кляйнман. — И берегите себя в Калифорнии.

Когда Джек поднял трубку серого телефона, который стоял на столе у кровати, его рука заметно дрожала. Лиза наверняка тревожилась. Нет, скорее всего, не находила себе места от ужаса. А Кристина и Кэрри? О господи! Прошлым вечером он обещал им просмотр фильма «Дэрил» — о рано повзрослевшем мальчике, с запрограммированными воспоминаниями. Когда вы летите вниз в пропасть, лишний толчок будет восприниматься с иронией. Джек вытащил из кармана брюк кожаный бумажник и, раскрыв его, посмотрел на фотографию. Вот они — его девочки. Лиза, Кристина и Кэрри лучились улыбками. Снимок был сделан год назад на пикнике в Линелл-парке.

О чем они сейчас думали? Подозревали, что он ушел от них? Что его похитили? Что он разлюбил их? Джек покачал головой. Его звонок вызовет шквал вопросов от Лизы… еще больше страхов и тревог. Эта ситуация — пленение, приключение, миссия… как ни назови… — причинила боль его семье. Джек чувствовал, как сейчас обидится Лиза. Хотя когда он вернется домой, многое забудется.

Он прижал трубку к уху и нервно потеребил бороду. Привычный жест, от которого трудно избавиться. Что ты скажешь ей? Правду или ложь? Наверное, что-то среднее. Джек набрал домашний номер. Телефон на другом конце провода прозвонил один раз. Только один раз!

— Алло?

Это была Оливия, сестра его жены. Похоже, Лиза вызвала ее для поддержки. Он поступил бы так же.

— Оливия, это Джек.

— О боже! — завизжала она. — Где ты? Лиза сходит с ума!

Он услышал голос его жены: «Это Джек? Дай мне трубку!» И вот она была уже здесь, говоря с ним, повторяя его имя снова и снова. Ее голос ломался, словно битое стекло.

— Лиза, милая, это я.

Джек посмотрел на открытый бумажник. Тут, на фотографии, она улыбалась… а там плакала.