Он улыбнулся белыми, очень ровными и правильными зубами.

— С определенными поправками должен согласиться со справедливостью данного замечания. Но, возможно, мне придется преодолеть свою врожденную сдержанность и задать неудобный вопрос. Ведь Джоэл мой брат.

— Сводный брат! — высокомерно уточнила она.

— Сводный брат, — принял он уточнение, и его глаза вдруг заблестели, как зеленое стекло. — Для Джоэла это имеет значение, но не для меня, — сухо заметил он. — Моя мать испустила дух, когда я родился. Я, можно сказать, украл у нее жизнь. Но у нас один отец. Я не обращаю внимания на эти тонкие различия в родстве. Моя семья это… моя семья. И никаких различий.

Что-то в его тоне укололо ее.

— Извините. Простите меня, — сказала она, быстро раскаявшись и чувствуя справедливость его упрека. — Я говорю необдуманные вещи. Иногда это приводит к неприятностям.

— В это мне легко поверить! — Его взгляд заставил ее чуть ли не подскочить на стуле. — Но я тебя прощаю, малышка, если это для тебя важно!

Ей это было важно. Она ожидала такого ответа, но не могла в него поверить.

— Я знаю, что Джоэл проявляет щепетильность в некоторых вопросах. Думаю, его легко понять! — И он откинулся на спинку стула.

— А вы бы не проявляли? — просто спросила она.

— В чем? — Его лицо напряглось. Он выглядел сейчас тем, кем был, — угрожающе сильным мужчиной, который всегда начеку. — Послушай, куколка, — резко проговорил он, — организация Бенедикта достаточно велика, чтобы удовлетворить нужды целой дюжины сыновей, если не больше. Работы на всех хватит, но и вознаграждение велико. Джоэл никогда ни в чем не испытывал нужды. Многие бы с завистью назвали его избалованным молодым человеком. Его мать обожает его, ни в чем ему не отказывает. Но работа скотовода не для него. Ему нравятся яркие огни, красивые девушки… он уже воображал, что влюблен, в прошлом. Так же, как и ты? — добавил он.

— Как я? — Она растерянно взглянула на него, совершенно сбитая с толку, забыв даже, зачем приехала в эту глушь.

— Что же ты, цветочек? — спросил он, слегка подтрунивая. — Либо ты влюблена, либо нет. Незачем изображать такую растерянность. Ведь ты из-за этого сюда приехала, не так ли?

— За деньги любовь не купишь, мистер Бенедикт, — проговорила она совершенно невпопад, проклиная и его, и весь клан Бенедиктов.

— Замечательная фраза, — легким тоном прокомментировал он, — но ты не ответила на мой вопрос.

— А я и не собираюсь на него отвечать! — Пейдж скрестила свои длинные, стройные ноги, поигрывая бокалом. Он пристально смотрел на нее поверх своего бокала, словно на бабочку, наколотую на булавку.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, мистер Бенедикт, или на что вы пытаетесь перевести разговор, но я бы хотела заверить вас в одном: с моей жизнью все в порядке. Вот так. У меня отличное здоровье, хорошая работа, прекрасная квартира и много друзей.

— Короче говоря, ты сыта по горло! — Его лицо приняло замкнутое выражение, опять эта усмешка — что бы она значила?

Она вернула ему взгляд, напряженно и враждебно глядя в глаза.

— Допивай свой бокал! — ровным тоном произнес он. — Тебе сейчас станет лучше. Я бы хотел сказать следующее. Джоэл красив, с ним хорошо вместе, он умен, не говоря уже о том, что он из богатейшей семьи штата, что уже не раз доказывало свою неодолимую притягательность.

Ее охватила холодная дрожь негодования. Схватившись за край стола, она поднялась быстрым, грациозным движением.

— Как вы смеете говорить это мне!

— Сядь! — сказал он тихим голосом, но достаточно властным, чтобы усадить ее вновь. — Может быть, я и груб, но ты должна признать, что поиск достатка и спокойствия присущ большинству женщин. Джоэл желанен для любой девушки. Даже для тебя, Пейдж Нортон. На первый взгляд не скажешь, что ты ему не пара. Хочу предупредить тебя только об одном, до остального ты дойдешь сама: никогда не принимай безопасную гавань за цель жизни и не позволяй Джоэлу навязать тебе то, чего ты не хочешь.

Он видел, как резко приподнялась ее небольшая грудь под тонким платьем.

— Ничего более нелепого не слышала! — яростно выкрикнула она, заливаясь пунцовой краской.

— Неужели? — недоверчиво и насмешливо улыбнулся он. — Хорошо, ради одолжения тебе, малышка, я готов сейчас поверить во что угодно, именно сейчас. Согласен — твоя прекрасная душа, как и прекрасное лицо, далеки от голого материализма.

Снисходительно поглядывая на нее, он заставил ее сердце ускорить свой бег. Она понимала, что встретила мужчину, намного сильнее и решительнее, чем другие. Как его перебороть, где найти для этого силы и умение?