— Пойдём, посмотришь на них, — позвала она. А потом, когда они любовались новорождёнными котятами, она задумчиво произнесла: — Как же мы их назовём? Почему бы тебе не выбрать, Мэри Орешек?

Мэри рассмеялась.

— Мы можем назвать их в честь какого-нибудь сорта ореха! — предложила она.

— Замечательная идея, — поддержала Леди Кошка. — Так, какие у нас есть орехи? Грецкий орех и арахис…

— … каштановый, буковый орешек и земляной орех…

— … кокосовый орех и фундук, — вспомнила Леди Кошка.

— Фунди, — придумала Мэри. — По-моему, неплохое имя для маленькой кошечки, как Вам кажется?

— А что, неплохо звучит! — согласилась Леди Кошка. — А как же мы назовём маленького котика?

— Коко, мисс Мюриэль, — нашлась Мэри. — Сокращённо от кокосового ореха.

— Мне нравится! — воскликнула Леди Кошка.

“Моя сестричка Фунди, — подумала она, — и мой братик Коко. Как забавно! Как здорово, что я верю в перевоплощение. Для Мэри тоже было бы хорошо в это поверить. Только представим. Её папа (кажется, его звали Артур) теперь, возможно, мальчик или лошадь, а может быть, собака или даже кто-то маленький, например, мышь. Нет, не мышь, они живут недостаточно долго. Тогда бы он уже к этому времени умер от старости или, что ещё хуже, его могла бы съесть кошка. А если бы вдруг дорогой Папа съел Артура Орешка! Жуть какая! ”

“Но это могло бы помочь Мэри, — рассуждала она сама с собой, — и она бы знала, что я, по крайней мере, верю, что её отец не умер окончательно и не исчез. Его тело может быть похоронено на поле битвы в Южной Африке, но его личность, его дух, его душа (называйте это, как хотите) перевоплотилась, вошла в какое-то другое тело. Может быть, мне следует попытаться объяснить ей это”.

— Мэри, дорогая, скажи мне, тебе очень тяжело говорить о своих родителях?

— Тяжело? — несколько удивилась неожиданному вопросу Мэри. — Да, теперь эта боль навсегда со мной. Но они ушли. И мне остаётся только принять это.

— Ушли, — повторила Леди Кошка. — Куда ушли?

— На Небеса, я полагаю. Они были хорошими людьми.

— А ты когда-либо думала, — спросила Леди Кошка, — что они, возможно, реинкарнировали?

— А что это означает?

— Это означает, что они, возможно, заново родились, в другом теле, человека или другого какого-нибудь существа.

— О, не думаю, что могу поверить в это, — сказала Мэри.

— А я верю, — сказала Леди Кошка.

Мэри Орешек озадаченно посмотрела на свою хозяйку: пожилая, зеленоглазая Леди Кошка, седые волосы, завязанные на затылке — всё как обычно. “За то время, что я здесь живу, она, конечно, немного постарела, стала с трудом ходить, но всё-таки с головой у неё всё в порядке, мыслит она здраво, я думаю. Вернее, я так думала до этой минуты. Но эта реинкарнация!”

— Вы хотите сказать, — неуверенно начала Мэри, — что Вы верите, что были каким-то иным человеком в предыдущей жизни?

— Да, каким-то другим человеком. Или возможно кем-то иным. Вполне возможно, что и не человеком.

— То есть, даже животным?

— Да, вполне. Или я могу стать каким-нибудь животным в будущем, когда моё сердце перестанет биться. Я не ожидаю, что ты поверишь в эту идею, Мэри, но мне подумалось, что для тебя могло бы стать утешением то, что я уверена, что твои мама и папа всё ещё наслаждаются жизнью, но уже в каком-то ином обличии. Так же как и мои дорогие мама и папа.

— Ваши мама и папа?

— В данный момент они в своей старой спальне, отдыхают на своей кровати под балдахином, пока мои братик и сестричка играют на полу.

— Я не понимаю, — потерянно произнесла Мэри.

— Персиваль и Флоренс. Мои папа и мама.

— Это их настоящие имена?

— Да, их человеческие имена. Теперь, конечно, у них новые тела, но я знаю без тени сомнения, кем они были, прежде чем стали кошками. Так же как я абсолютно уверена в нашей Вики. Она родилась в четыре часа двадцать минут днём 22 января 1901 года, в тоже самое мгновенное, когда последнее дыхание оставило её предыдущее тело.