— Хорошо, — выдавил наконец Джордан. — Хорошо.

Никто не двинулся с места. Муж и жена стояли, глядя в глаза друг другу, разделенные пропастью глубже, чем адская, и связанные воедино и навсегда живой плотью крепче стальных пут.

Тридцатого марта 1979 года Росс Уилер перенес микроинсульт.

Состояние его мгновенно ухудшилось — он потерял способность самостоятельно передвигаться, достигнутую ежедневными упражнениями, месяцами физиотерапии, и не сумел ответить на несколько вопросов во время тестов, которые раньше легко проходил.

Россу пришлось провести две недели в больнице на обследовании. Больничные счета вынудят, конечно, Лесли перезаложить дом, и попытаться взять в долг у дальних родственников Росса и своих. Унижение, которое придется испытать, выпрашивая деньги, вполовину не волновало ее так сильно, как состояние мужа. Она с ужасом думала о неминуемом конце и изо всех сил старалась уверить себя в обратном, но в то же время вынуждала себя подготовиться к тому, что ожидало впереди.

В этот день Лесли ушла из палаты мужа поздним утром, предупредив, что вернется только вечером, в приемные часы, поскольку накопилось много работы в агентстве, а из-за последних событий они и так отстали от графика.

Росс посочувствовал Лесли и упрашивал ее больше не приходить сегодня, а заняться делами.

— И проследи, чтобы девушки побольше помогали тебе, не тащи весь воз одна. Скажи, что босс так велел.

Лесли крепко обняла мужа.

— Я так тебя люблю, — тревожно пробормотала она.

— И я тебя, детка.

Лесли, со слезами на глазах, помахала ему на прощанье с порога. Росс еще после первого инсульта заметил эту трогательную неспособность сдержать слезы каждый раз, когда они разлучались.

Но Лесли не поехала в офис. Из больницы она отправилась по скоростному шоссе и сумела добраться до Фармингтона меньше чем за час, ведя машину, правда, с головокружительной скоростью.

Клифф Бейер был на работе, но Джорджия и Терри оказались дома. Лесли едва смогла сдержать изумление при виде маленького мальчика. Ноги его стали длиннее, лицо — уже, и в глазах светилось какое-то взрослое выражение. Прошло почти полгода с тех пор, как она в последний раз видела Терри. Болезнь Росса отняла слишком много времени и внимания, так что она иногда неделями не звонила Бейерам.

Джорджия, зная о бедах Лесли, встретила ее теплой улыбкой и дружескими объятиями.

— Как Росс? — тихо спросила она.

— Насколько можно ожидать, неплохо, — ответила Лесли шепотом, чтобы малыш не расслышал тревоги в ее голосе.

Терри, которому уже исполнилось шесть с половиной, сначала стеснялся Лесли, говоря с ней слишком вежливо, застенчиво, но больше не прятался, как раньше, за материнской юбкой. Лесли ощутила укол в сердце, осознавая, как много она упускает, неделями не видя сына, не подмечая в нем перемен.

Сначала Лесли была скованна и не знала, о чем говорить, не умея сократить разделявшее их расстояние. Озабоченность собственными неприятностями, казалось, истощила ее способность сходиться с людьми.

Но потом былая близость постепенно начала возвращаться. Терри даже показал ей игрушки и подарки, полученные на последний день рождения. Среди них была и книга сказок, посланная Лесли. Она с гордостью наблюдала, как Терри умело обращается с игрушками и объясняет, как ими пользоваться.

— Ты вырос, — сказала Лесли, чувствуя, как чаще бьется сердце при виде крошечного личика. — Ты такой красивый, Терри. Скоро за тобой девочки начнут бегать.

— Вот уж не знаю, — ответил он, немного насмешливо, совсем как взрослый.

Лесли пыталась скрыть страх и тоску. Он становился с каждым днем все больше и так быстро менялся! Шесть месяцев — короткий срок для взрослого, но невероятно долгий для детей, преображавшихся, как по волшебству.

— А ты стала тоненькая, — заметил Терри, удивив мать проницательностью и памятью.

Только теперь Лесли поняла, что последний год не прошел для нее бесследно.

— Почему бы нам не приготовить что-нибудь перекусить? — предложила Джорджия.

Они вскипятили молоко для Терри, сварили кофе для себя и выложили на блюдо свежеиспеченные булочки. Старая заговорщическая атмосфера вновь установилась между ними, к концу обеда отношения вновь стали непринужденными.

Время от времени она ловила на себе взгляд Джорджии, исполненный сочувствия и сострадания. Джорджия совсем не боялась, что Лесли затмит ее в глазах Терри. Лесли была второстепенной фигурой в жизни мальчика, тетей, которую он любил, всегда был рад видеть, но и только.

И поскольку Джорджия все это прекрасно понимала, то не препятствовала ее отношениям с мальчиком. Терри это не повредит, но для Лесли значит очень многое.