Астроном не стал уточнять, что примерно таким был и поперечник сбежавшего спутника. Хотя точно этот размер, как и все другие, определить еще просто не успели.

– И, следовательно, оно может весить…

– Вы имеете в виду массу? Н-ну… если принять плотность за единицу – в случае если тело состоит целиком из водяного льда, – она составит примерно восемьдесят – сто миллионов тонн.

– То есть если произойдет столкновение…

– А вы просто помножьте эту массу на его максимальную наблюдаемую скорость, она у него почему-то варьирует, достигая порой сорока пяти километров в секунду – почему, мы пока не знаем, – и увидите.

– Варьирует? То есть меняется?

– Если только это не дефекты наблюдения. Думаю, вскоре мы найдем причину.

– Да, это похлеще, чем столкновение с товарным поездом.

– Мягко выражаясь – да.

– Но вы нам его не обещаете, я надеюсь?

– Пока у нас, как видите, достоверно есть только возражения как против астероидной, так и кометной гипотез.

Собеседник спросил осторожно:

– А что, происхождение этого тела может оказать какое-то влияние на нашу судьбу?

– Ну, с кометой Земля уже сталкивалась в прошлом веке, сто с небольшим лет тому назад. Хотя некоторые считают, что это как раз был астероид, но… Она угодила тогда на север России, и обошлось без жертв. Правда, та комета была не очень большой. И последствия не были столь катастрофическими, как при падении расколовшегося тела – вы помните, разумеется, один кусок упал на Юкатан, другой – в Индии, тогда последствия были действительно серьезными. А эта Тунгусская комета – интересно, что подкралась она незаметно.

– Гм. Может быть, и эта пойдет, так сказать, по проторенному пути?

– Я сказал уже: делать какие-то выводы пока преждевременно. Нужно еще проверять и уточнять по мере сближения. Пройдет объект от нас, очевидно, достаточно близко, чтобы можно было успешно наблюдать его и фотографировать; но вряд ли это событие должно вызывать интерес у кого-то, кроме специалистов.

– Следует ли понимать это так: реальная угроза нашей планете отсутствует?

– Ну, полной гарантии, разумеется, нет – как и вообще ее не бывает в жизни. Угрозы существуют всегда; вот, например, нашей Галактике – и нам вместе с нею – грозит большая опасность со стороны туманности М31, это, как вы понимаете, по Мессье, а если вы пользуетесь «Новым общим…», то там она значится как NGC 224 и вам, наверное, известна как Туманность Андромеды. Мы – Млечный Путь – сближаемся с нею с громадной скоростью, и когда столкновение произойдет – это будет феерическое зрелище, которого мы, к сожалению, не успеем увидеть во всей его красоте. Но до этого – ближайшие пять миллиардов лет – такие катаклизмы нам вряд ли будут угрожать. Что же касается наблюдаемого объекта – немного терпения; если возникнет серьезная проблема – мы, разумеется, как я уже обещал, сразу же предупредим вас. Пока же даже журналисты не проявляют, к счастью, к этой теме особого интереса.

Приятно было, что хотя бы в отношении журналистской братии мнения собеседников полностью совпали. Однако интересующимся этого факта и даже данного астрономами обещания показалось слишком мало.

– Если рассматривать наихудший вариант – полагаете ли вы, что можно будет принять какие-то меры для предотвращения катастрофы?

– Ну, это скорее из области фантастики. Хотя…

И в том, как астроном тянул это «хотя», ощущалась некая неуверенность.

– …хотя пофантазировать, конечно же, иногда бывает полезно. И, откровенно говоря, наша молодежь не упустила такого прекрасного повода. Так вот, если вас интересуют чисто умозрительные гипотезы – поговорите с ними. Думаю, они не станут скрывать своих выводов. Хотя, повторяю, пока это – лишь чистая спекуляция, ничто более.

– Благодарю. Мы обязательно воспользуемся вашим советом. А пока – настоятельно прошу вас не разговаривать на эту тему со средствами массовой информации. Лишняя нервотрепка, не так ли?

– Совершенно с вами согласен.

– Еще увидимся.

– Счастливого пути.

Кое с кем из молодых действительно поговорили – но они не были в курсе, их работы касались совершенно других тем. Ассистент же Элиас в эти часы отсыпался после ночного наблюдения, и пути его и гостей в тот день никак не могли пересечься. Но и пересекись они, вряд ли он сказал бы что-нибудь такое. Сейчас то была его интеллектуальная собственность, и он не собирался ни делиться ею, ни даже отдавать посторонним людям задешево заготовку, из которой можно сделать прелестную вещь.

На вышке с телескопом они пробыли с полчаса. Все, казалось, было в порядке.

– А жаль, что вы не астроном, – сказала Джина. – Зря пропадет неплохое оборудование. Будете продавать, наверное?

Но Миничу не хотелось сейчас разговаривать на эту тему.

– Не астроном, конечно, но чему-то успел научиться у Люциана. Давайте лучше посмотрим, что вы там нашли.

– Вряд ли это будет вам любопытно. Слишком сложно для ученика, я думаю.

– Время покажет.

И объяснил причину своего интереса:

– Если уж оперативники Службы занялись этим делом – почему бы и мне, журналисту, не заглянуть?

– Похвальная любознательность. А как вы смотрите на то, чтобы объединить ознакомление с журналом с более тесным знакомством с холодильником?

– Хотите есть?

– И даже очень. Сельский воздух, понимаете…

– Не столько понимаю, сколько ощущаю на себе. Ладно, ваше предложение принимается единогласно. Только предупреждаю: я не кулинар. Так что ответственность – на вас.