— При одном условии: ты должна ни во что не вмешиваться и дать мне возможность утрясти этот вопрос мирным путем.

— Договорились.

— А можно и мне быть на приеме? — нетерпеливо заерзал в своем кресле Эльвар.

— Нет, — отрицательно качнул головой Ариман.

— Но, отец…

— Надеюсь, ты не забыл, что скоро здесь будет твой дедушка и ты возглавляешь комитет по встрече.

Лицо Эльвара страдальчески сморщилось.

— А кто у нас дедушка? — заинтересовался Иван.

— Дивмар. Душа Закона, а заодно глава совета эльфийских кланов. Он будет председательствовать на суде.

— Ну, мне поперло! — восхитился юноша. — Куда ни плюнь, одна родня.

— Я бы на твоем месте не обольщался на его счет, — отрицательно качнул головой Ариман. — Отец чтит дух и букву закона как никто другой. И если он сочтет тебя виновным, то родство в данном случае будет отягчающим вину обстоятельством. Эльвар, пока я буду разбираться с орденом, развлеки своего брата светской беседой до прибытия Дивмара.

Легким кивком головы глава эльфийского клана Туманного Леса попрощался с Иваном и в сопровождении сестры и Маиали покинул зал тысячи звезд.

— Папа терпеть не может этот орден, — шепотом сказал Эльвар, покосившись на дверь, за которой скрылся отец. — Слушай, тетя говорила, что в том мире, откуда ты прибыл…

— Подожди, братишка, — поднял руку Иван. — Былое и думы оставим на потом. Хочешь помочь мне избежать обвинительного приговора на суде Серебряного Тиса?

— На суде большого круга Серебряного Тиса, — поправил брата Эльвар.

— Да кой черт разница? — отмахнулся юноша.

— Очень большая разница! — горячо сказал Эльвар. — Малым кругом судят лишь обычных эльфов за всякие мелкие проступки, и все решается в пределах своего клана, а большим кругом судят либо эльфов первого круга, в которых течет королевская кровь, либо простых эльфов, действия которых бросили тень на эльфийские кланы или поставили их под удар. Ты подходишь под обе категории для суда большого круга, — обрадовал Ивана брат. — Так чем я могу тебе помочь?

— Ты хорошо знаешь законы ваших кланов?

— Да ты что! Их там столько! Но основные законы мы, как говорится, с молоком матери в себя впитываем…

— В рукописном варианте эти законы у вас есть? — нетерпеливо спросил Иван.

— Когда-то были. Но восемьдесят лет назад, во время войны с темной Империей, произошло восстание троллей. Их земли граничили с нашими лесами. Они пришли с факелами. Практически вся библиотека со сводами законов и большинство архивов сгорели. Так что все законы наизусть помнит только наш дедушка Дивмар, Душа Закона.

— А почему только он?

— Его ученики, которых он готовил себе на смену, погибли в той войне. Он сейчас пытается восстановить утраченное, но…

— Понятно. То есть практически на этом суде все будут полагаться на память одного-единственного эльфа? — На лице Ивана заиграла довольная улыбка.

— Выходит, так, — кивнул головой Эльвар. — А чему ты, собственно, радуешься?

— Дело в том, что в том мире, откуда меня выдернули, я учился в академии на юридическом факультете и в вопросах юриспруденции кое-что соображаю, — азартно потер руки юноша. — Ну-ка, братишка, давай сюда ваши законы, которые с молоком матери впитываются!

— Их не так уж и много.

— Так это же прекрасно! Успеем до прибытия нашего деда. Излагай!

— Угу. Значит, так. Эльфы в иерархической лестнице населяющих этот мир существ стоят на самой высокой ступени развития, вследствие чего занимают высшее положение, а потому при обращении к истинным эльфам все остальные расы должны называть их светлорожденными, снимать при встрече головные уборы и низко кланяться…

— Охренеть! Это первый закон?

— Ага.

— Упасть и не встать. И это вы всасываете с молоком матери?

— Да.

— Я бы подавился. Высшая раса, истинные арийцы, нацизм в чистейшем виде. А если он к тому же замешан на экстремизме, то в моем мире вам бы всем светил реальный срок.

— Не понял, — нахмурился Эльвар.

— Потом поймешь. Так что там у вас еще впитывается с молоком матери?

— Слушай, ты, если не прекратишь издеваться над нашими законами…

— Извини, братан, но над такими законами грех не поиздеваться.