Мастер Синанджу подошел к ней и заглянул в пасть.

— Конь двое суток без воды и пищи.

— Наверное, это лошадь Санни Джоя, — отозвался Римо и поднял глаза к небу. Луна осветила восточный склон горы Красного Призрака, и среди скал вырисовалось темное отверстие.

— Похоже, там пещера, — кивнул Римо.

Мастер Синанджу не ответил.

— Скажи, а не напоминает ли она пещеру из твоих сновидений? — спросил он после паузы, отыскав вход глазами.

— Глядя отсюда, трудно сказать, — ответил Римо и стал карабкаться вверх.

Продираясь сквозь колючие кусты ежевики, он наконец добрался до пещеры. Казалось, этот путь по склону занял целую вечность.

Он в нерешительности остановился у зияющей в камнях дыры. И вдруг почувствовал за спиной чье-то присутствие.

Римо резко обернулся. Перед ним стоял Чиун. Лицо его в лунном свете словно окаменело, руки он втянул в просторные рукава кимоно.

— А ты чего тут делаешь? — грубовато спросил ученик.

— Я подожду тебя здесь. Дальше пойдешь искать один. Ты должен узнать всю правду до конца, сколь бы горькой она ни была.

— Так идти мне туда или нет?

— Поступай, как знаешь, по собственному разумению, — холодно ответил Чиун. Лицо его омрачилось.

— Ладно, — хрипло сказал Римо. И вошел.

Первые несколько ярдов ему помогал лунный свет. Он выхватывал из тьмы под ногами красноватый песчаник. Затем тьма вокруг сгустилась, и Римо остановился, привыкая к ней. Сердце его бешено колотилось, голова же оставалась на удивление ясной. И еще в душе у него воцарился какой-то странный покой, даже оцепенение.

Наконец глаза привыкли к темноте, и Римо увидел у стен пещеры темные фигуры. Пригляделся, и во рту у него пересохло.

Мастер Синанджу всматривался в зияющий темнотой вход. Только что там мелькнула и скрылась из виду спина ученика, и Чиун мысленно с ним попрощался. Отныне, с этой ночи, подумал он, все будет по-другому.

Но из пещеры вдруг донесся возбужденный голос Римо:

— Эй, Чиун, скорей сюда!

— Не пойду! — крикнул в ответ учитель.

— Быстрей! Мне нужна твоя помощь!

— Войти в эту пещеру для меня равносильно смерти. Разве мать тебе не говорила?

— Ничего подобного я не слышал! Если сейчас же не войдешь, втащу тебя силой!

На лице корейца отразилась целая гамма противоречивых чувств, затем он нехотя шагнул в темную дыру.

Сначала справа он увидел останки. Мумия! Вторая находилась напротив. Два свертка костей, плотно завернутых в выцветшие индейские одеяла. Чуть поодаль сидели еще две мумии, в нише, выдолбленной в пористом красноватом песчанике.

В конце этого каменного туннеля, являющего собой нечто вроде колумбария, мастер увидел ученика. Тот стоял на коленях перед умирающим человеком, обняв его за плечи.

— Это Санни Джой, — прошептал Римо, и в голосе его послышалась боль. — Мне кажется, он умирает, Чиун...

Но мастер Синанджу во все глаза глядел на какой-то предмет в большой нише в самом конце пещеры.

Там тоже была мумия. Причем отнюдь не в индейских одеялах, а в неком шелковом одеянии, по цвету и покрою похожем на кимоно. Кимоно типа тех, что ткали и шили в его родной деревне давным-давно, еще во времена правления Силлы.

Римо поднял глаза и проследил за взглядом учителя.

— В точности такую же мумию я видел в своих снах. И она... страшно напоминает тебя.

— Коджонг, — прошептал Чиун. — Исчезнувший мастер.

— Ладно, сейчас без разницы. Лучше помоги.

Чиун опустился на колени рядом с умирающим.

Это был высокий, около шести футов роста, мужчина с волевым, изборожденным сетью мелких морщин лицом и глубоко посаженными карими глазами. Лицо испачкано в грязи и пыли, губы потрескались.

Поднеся ладонь к его рту, Чиун проверил, дышит ли он. Затем его длинные пальцы пробежали вдоль позвоночника мужчины.

— Жизнь оставляет его, — тихо сказал кореец.

Римо болезненно скривился.

— Умереть сейчас?! Когда я только что его нашел?!

Мужчина неожиданно содрогнулся от глухого удушающего кашля.

Чиун приложил ухо к его груди.

— Мышиная болезнь, — мрачно заметил он.

— Что это значит?

— Ну, это очень заразное заболевание, которое распространяют не в меру расплодившиеся грызуны. Болезнь смертельна, поражает легкие. Прежде всего его надо привести в чувство. Может, тогда удастся спасти. — И мастер Синанджу принялся проделывать какие-то манипуляции кончиками пальцев.