Он пришел сюда ради своего брата и, наверное, еще из-за Маделин. Когда она рассказывала ему свою историю, он видел в ее глазах ранимую девочку. Видел неуверенность, с какой она носила дорогие камни. Теперь он понял, почему для нее так важно богатство. Осиротевшая бездомная девочка нуждалась в нем.

Эта же девочка не смогла пройти мимо По. При мысли о ней его сердце разрывалось на части.

— Готов? — весело произнесла она.

Художественная выставка. Совсем не его мир.

— Надеюсь, что да, — ответил Люк.

Они подошли к двери, возле которой стоял тщедушный мужчина средних лет. На ум Люку пришло сравнение с ощипанным петухом.

— Маделин Делакарт, — произнес мужчина с искренним восторгом. По крайней мере, это так прозвучало. — Я очень рад, что вы пришли. Мы давно не виделись.

— Артур, — ослепительно улыбнулась Маделин. — Что вы здесь делаете?

— Выполняю свою работу. Перед вами сейчас стоит новый хранитель этой галереи. — Артур прижал ладонь к своей груди.

— Мои поздравления. — Маделин повернулась лицом к Люку, чтобы вовлечь его в разговор. — Уильям очень любил приобретать старинные китайские фарфоровые изделия. Артур очень любил находить их для него. Последней вещью, которую Артур для него нашел, была великолепная погребальная урна, стоившая целое состояние даже по меркам Уильяма.

— Но ведь это же был настоящий шедевр, не так ли? — сказал Артур.

— Да, и, должна сказать, он очень пригодился.

Лицо Артура внезапно стало белее мела.

— Нет, вы не могли этого сделать.

— Но я это сделала, — ответила Маделин с веселой улыбкой и прошагала внутрь галереи.

Посмотрев украдкой на ошеломленного Артура, Люк проследовал за ней и помог ей снять легкую шаль.

— Я так понял, прах Уильяма сейчас покоится в той самой урне, — тихо произнес он.

— Уильям очень ее любил, — ответила Маделин. — Это меньшее, что я могла для него сделать.

Люк кое-что слышал о китайских погребальных урнах.

— Ты не?.. — Он покачал головой. — Ладно, не обращай внимания.

— На что?

— Ни на что.

Она вопросительно уставилась на него.

— Как умер Уильям?

— Его смерть была очень странной. Он неожиданно вышел на шоссе, и его сбил грузовик.

Люк передал Маделин ее шаль, и они подошли к первой картине, изображающей белый круг на черном фоне. В центре этого круга был маленький черный кружок, от которого исходили в стороны ломаные линии. Все это напомнило Люку глаз пьяницы. Ему бы определенно не хотелось, чтобы этот «шедевр» украшал его квартиру в Дарвине.

При виде ценника Люк улыбнулся. Наклонив голову, он принялся изучать картину. Нет, это глаз не пьяницы, а покойника.

— Значит, грузовик, говоришь?

— Гм. — Маделин подошла к следующему экспонату. Еще больше кругов, только других цветов, из центра торчит вилка. — Что-то не вижу я здесь никакого символизма.

— Ну и бог с ним. — Он увидел столько символизма, что хватит на двоих. — Значит, Уильям купил погребальную урну…

— На самом деле это я ее купила, хотя выбор сделал Уильям. Это был подарок на день рождения.

Люк содрогнулся:

— Значит, ты купила Уильяму погребальную урну, а затем его сбил грузовик, и он умер.

Повернувшись, Маделин уставилась на него с недоверием:

— Люк Беннетт, ты суеверен?

— Нет, — пробурчал он, глядя на приближающуюся к ним миниатюрную темноволосую пожилую женщину в сером платье. — Нисколько.

— Елена, — с улыбкой произнесла Маделин. — Как я рада вас видеть.

— Когда Брюс сказал мне, что увидел вас в ресторане, я за вас порадовалась. — Это прозвучало вполне искренне. — Шесть лет затворничества — это слишком долгий срок для такой молодой вдовы, как вы. — Повернувшись лицом к Люку, женщина окинула его оценивающим взглядом. — А вы, должно быть, Люк.

— Да, мэм.

— Джиан говорит, что Беннетты самая красивая семья воинов, которую она когда-либо видела. Я никогда не встречалась с Джейкобом, но если он хоть немного похож на вас, значит, это правда? — Елена перевела взгляд на Маделин. — Это правда?

— Я знакома только с Джейкобом и Люком.

Елена вздохнула. Брюс Йи подошел к ним и любезно поприветствовал Маделин и Люка.

— Что вы думаете о картинах? — спросил он.

— Мы только начали их смотреть, — уклончиво ответила Маделин.

— Не думал, что художественная выставка может быть такой просветительной, — добавил Люк.

— Брюс, почему бы тебе не представить Маделин менеджерам, с которыми ты хотел ее познакомить? — спросила Елена. — Я тем временем побеседую с Люком.

Разделяй и властвуй. Люк знал, что будет именно так. Маделин вопросительно посмотрела на него. Он ответил ей легким кивком и мысленно сказал: «Иди. Ты здесь для этого».

— Я пыталась убедить Джиан посетить прием сегодня вечером, — сказала Елена по пути к следующей картине. — Она приехала из Шанхая и сейчас гостит у нас. К сожалению, на сегодняшний вечер у нее уже была другая договоренность.