— Просишь, говоришь?

— Прошу прощения, сэр, — повторила я и поспешно протиснулась мимо них, не дожидаясь ответа.

Обычно я не веду себя с джентльменами так грубо, но эти были мне незнакомы и, возможно, собирались потешиться, глядя, как я перед ними унижаюсь. Благодарю покорно, мне некогда.

Я опасливо оглянулась в ожидании насмешек, но мужчины исчезли. Словно испарились.

Занервничав, я стала припоминать, что же они такое говорили, если так разозлились, поняв, что я могла их услышать. И хотя не обращала на них внимания, сумела вспомнить несколько отдельных слов и даже фраз: «Бесценное влияние» и «должен быть неподалеку». Имя: «Марлоу». Еще что-то насчет «дать ему понять, что за ним наблюдают».

Все это и вправду звучало довольно подозрительно, но они должны понимать, что простая девчонка-служанка никак не сможет им помешать, что бы они ни задумали.

Я попыталась снова сосредоточиться на своем поручении. Где нужно было повернуть в последний раз? Как называется улица? Я нигде не видела таблички с названием. Минут через десять окончательно стемнеет, а тогда будет очень сложно отыскать дорогу назад.

И тут я услышала шаги, тяжелые, отчетливые. И они приближались.

Я оглянулась, но никого не увидела. Шаги приближались из темного закоулка, и я ничего не могла рассмотреть. Вероятно, тот, кто оттуда идет, тоже меня не видит и то, что он направляется прямо в мою сторону, — простое совпадение. Но это по необъяснимой причине тревожило меня. Я повернулась, чтобы идти дальше, и громко ахнула, поняв, что уже не одна.

Передо мной в переулке стоял мужчина — не из той напугавшей меня компании, а просто молодой человек, всего на несколько лет старше меня, с пышными каштановыми кудрями, как у поэта, и широкими плечами, как у фермера. А глаза — как у затравленного преступника.

Неужели я услышала его шаги с другой стороны? Незнакомец словно пытался что-то разглядеть во тьме. И уж явно был встревожен сильнее, чем я.

— Пойдем со мной, — сказал он.

— Прошу прощения, сэр, но я не могу.

Он что, принял меня за проститутку? Ужас какой! Но при этом выглядит очень прилично, костюм хороший, ботинки сверкают. Наверняка должен понять, что означает мое форменное платье.

— У меня важное поручение…

— Да к черту твое поручение! — Голос звучит грубо, широкая рука сжимает мое предплечье. — Если не пойдешь со мной прямо сейчас, ты труп.

Он что, угрожает мне? Похоже на то, да еще он бесцеремонно тащит меня за собой, быстро шагая по переулку в сторону главной улицы. И все-таки мне не кажется, что он опасен. Но в чем дело, я пока не понимаю.

— Сэр, — запротестовала я, — отпустите меня. Я и сама могу найти дорогу на главную улицу.

— Без меня ты не пройдешь и десяти шагов. — Его рука, сжимающая мое предплечье, очень теплая, даже не теплая, а горячая, будто его сжигает лихорадка. Я услышала, как приближаются наши преследователи. — Не отходи от меня и шагай быстрее. И ради всего святого, не оборачивайся!

Я удивилась, почему он не предлагает побежать, но тут же поняла, что он едва держится на ногах и все время спотыкается, но не так, как спотыкается Лейтон Лайл после пары бутылок вина. Скорее всего, у него что-то сильно болит. Но при этом пальцы его впивались в мою плоть с почти сверхъестественной силой.

Тут шаги у нас за спиной изменились. Они теперь стали мягче, что-то клацало по булыжникам…

Не в силах вырваться из хватки моего похитителя, я решила хотя бы обернуться. И увидела волка.

Из моей груди вырвался отчаянный вопль. Темная тварь прыгнула, своим огромным телом словно выключив дневной свет. В последний момент молодой человек дернул меня в сторону, прижал к стене ближайшего здания и закрыл собой, встав ко мне спиной.

— Что происходит? — выдохнула я.

Волки, нападающие в центре большого города? И это… это громадное существо, рычащее и мечущееся перед нами взад и вперед? Я даже не представляла, что волки могут быть такими большими.

— Уходи от нас, — произнес юноша, словно волк мог его понять, — Убирайся немедленно!

Волк наклонил голову вбок — не как пытливая собака, а почти по-человечески. Клыки обнажены, из пасти капает горячая слюна. В груди его рокотало рычание, золотистые глаза в упор смотрели на меня, а не на моего защитника.

— Убирайся сейчас же! — Теперь голос юноши звучал почти безнадежно, как и должно было быть.

Я ощущала, как тяжело и быстро вздымается и опускается его грудь при каждом прерывистом вдохе и выдохе, ощущала под вцепившимися ему в плечи ладонями напряженные мышцы.

Каким-то образом это подействовало. Волк просто помчался прочь.

— Что, черт возьми, это было? — спросила я, когда мой спаситель слегка расслабился и отодвинулся от меня. — Похоже на волка.

— Волк и был. — Его голос звучал изнуренно.

— Но с какой стати волк оказался…

Здесь, в Саутгемптоне, лесной зверь сумел отыскать глухой переулок и отступил, повинуясь приказу человека? Бессмыслица какая-то. Но я все видела своими глазами и знала, что этот парень для меня сделал.