– Мне следовало поразмышлять об этом раньше, – подумал он. – Если Кэтти или ее отец были участниками заговора, вряд ли они оставили бы документальные свидетельства у себя дома.

Прозвенел еще один сигнал оповещения. Ивен вопросительно посмотрел на Джосса.

– Ну, а теперь что?

– Мне это тоже начинает действовать на нервы, – пожаловался Джосс. Он отложил в сторону снимки и посмотрел на экран.

Лицо его было растерянным.

– В чем дело? – еще раз спросил Ивен.

Джосс пододвинул ему пульт.

– Почитай.

Ивен пробежал глазами предложения на экране. За обычным маршрутным кодом следовал шифр штаб-квартиры Солнечной Полиции в Титисе, возле Сатурна, а потом уже шел текст сообщения:

Они переглянулись.

– Ну и как же нам быть? – задумчиво произнес Ивен.

Джосс рявкнул:

– А никак! Взять да и послать их всех к черту.

– Да нет, что ты!

– Ты что смеешься? Мы, конечно же, отказываемся. Отказываемся. Отказываемся! – воскликнул Джосс.

Он повнимательнее изучил текст сообщения. Нет, это был не приказ, это была просьба. За время службы в Солнечной Полиции он давно научился различать разницу. Действительно, они могли отказаться. Но если дело, над которым они в настоящий момент работали, не даст быстрых результатов, по возвращении на Луну они окажутся перед лицом крупных неприятностей.

Опять прозвенел предупреждающий сигнал. Джосс обернулся и буркнул:

– Ну что там еще? – но тут же замолчал. – Мы у того места, где прекратил работу мой датчик слежения, – сказал он. – Послушай, давай откажемся. Нам сейчас не до них, – просительно проговорил он, возвращаясь к тексту сообщения.

– Ладно, – сказал Ивен, – я составлю ответ. А ты занимайся своим делом.

– Замечательно. Я пока поработаю с компьютером. У нас в запасе есть еще несколько минут.

Ивен взял свой собственный коммуникатор. На его экране тоже светился текст послания с Сатурна. Он тщательно продумал текст ответа, сослался на неспокойную обстановку, постоянное преследование преступников и тому подобное и сообщил, что все это делает невозможным принятие данного приглашения.

– Это одно из самых сладкоречивых посланий, которые я когда-либо составлял, – подумал он с оттенком отвращения.

Отправив сообщение по каналу связи, Ивен решил посмотреть, чем занимается Джосс. Тот сидел в командирском кресле и производил компьютерный анализ картографических планов.

– Взгляни-ка сюда, – сказал он Ивену. – В этом районе пропал наш сигнал с датчика. А теперь посмотри на экран моего коммуникатора.

Это тот же участок местности, отсканированный за последние три месяца. Нажми вот эту клавишу и смотри внимательно.

Ивен сделал все, что сказал Джосс. Несколько секунд картинка на экране не менялась: все тот же безликий скалистый марсианский пейзаж.

Потом Ивен стал замечать следы инверсии летательных аппаратов – большие и маленькие, довольно густой сетью покрывающие этот район. Они шли пучками, расходились и сходились снова. Большая часть следов была оставлена ночью.

– Это, – пояснил Джосс, – тепловые следы довольно больших кораблей. Скажите, пожалуйста, а что они здесь делают?

– Я надеялся, что ты скажешь мне об этом.

– Не имею ни малейшего понятия. Но намереваюсь получить немного…

Джосс не договорил.

Вам! Крейсер содрогнулся от сильного удара, наклонился на бок и начал терять высоту.

Джосс подпрыгнул в кресле. Ивен, потеряв равновесие, ухватился за перекосившуюся рядом переборку, повис на ней, потом стал пробираться к собственному креслу, прихватив шлем Джосса с собой.

– Спасибо, – поблагодарил его напарник. – Все-таки пристегнись.

Он отчаянно манипулировал одной рукой с рычагами управления, а другой нажимал на клавиши консоли. Результатов не было.

– Что произошло? – спросил Ивен, сколько возможно, стараясь сохранить спокойствие. Скажем прямо, падать с такой высоты с такой скоростью он еще не привык.

– Спроси что-нибудь полегче, – тяжело дыша, ответил Джосс. – Ясно одно: полетели стабилизаторы. Подержи, пожалуйста, – попросил он, указывая на рычаг управления, быстро надел шлем и загерметизировал его. – Благодарю. Нижняя тяга пока работает. Сейчас мы попробуем…

Бам! Последовал еще один толчок.

– Слишком поздно, – как-то слишком бодро сказал Джосс.