Я едва сдержал нервный хохот. Обе красавицы, вместо того чтобы собирать вещи, мирно сидели плечом к плечу у телевизора, вытирая друг другу слёзы, – шла очередная серия «Отчаянных домохозяек». Раскрытый розовый рюкзачок блондинки и большая сумка рыжей герцогини валялись на полу, по-моему, Сильвия даже пистолет не зарядила.

– Там, между прочим, опять зомби заходили!

Девушки отмахнулись от Вика, как от надоедливой мухи. Правильно. Им-то чего, у них есть более важное занятие…

– Как ты думаешь, они издеваются над нами или так, мы им попросту параллельны?

– Никогда не дерзал понять женщин. – Я наморщил лоб, пытаясь смягчить менторский тон. – Сколько помню, первый экспериментальный вариант оказался производственным браком. Да что говорить, потом его вообще объявили демоническим, и «чёрная сущность» по кличке Лилит выжимала жизненные силы у спящих мужчин иудейского вероисповедания. Вторую вольную копию генетического кода, взятую из ребра Адама, решили пустить в массовое производство.

– То есть кость без мозга, – съязвил Вик.

– Весьма бородатая шутка, но доля истины в ней есть. Так вот, по теме, несмотря ни на что, Ева тоже умудрилась насовершать непоправимых ошибок, склонить на свою сторону мужа и, по сути, принесла куда больше бед, чем приписывается демонессе Лилит.

– Типа умное зло лучше глупого добра?

– Если без абсолютизма, то да, – поправил я, кивнув.

Удовлетворённый Викентий оставил меня в кресле и вышел, как он выразился, погулять. Девушки всё так же не отрывались от экрана, а мой мозг не выдержал уже минут через пятнадцать… на том моменте, когда одна из героинь начала целоваться со своей подругой, которая увела у неё парня, а та в отместку вышла замуж за её отца, но теперь они обе поняли, что всегда любили друг друга. Похоже, на этом свете есть вещи, логику которых мужчине не выдержать, даже если он ангел. Я тихо ушёл в соседний номер, боясь так же тихо сойти с ума. Здесь это легко, как нигде и как никогда…

Спал, как всегда, без снов. В отеле кто-то шумел, бродил туда-сюда, слышались сирены подъезжающих и отъезжающих машин, но поскольку телефон не звонил, а в дверь не стучали, я лишь перевернулся на другой бок и не вставал. Ну их, надоели… Скучно и однообразно: вставай, бей, ломай. Ни отдыха, ни благодарности, а на одном энтузиазме далеко не уедешь. Так пусть хоть выспаться нормально дадут. Потом приду и убью кого надо. О нет, я начинаю думать, как Сильвия, прости меня, Господи…

Проснулся в районе восьми утра. Сам, никто не будил. Наскоро умылся, натянул вчерашнюю футболку, влез в джинсы и, может быть, только тогда обратил внимание, что постель Вика так и не смята. Значит, не приходил и не ложился, хотя солнце уже часа три на небе. И что? Я ему не сторож и не нянька. Пойду лучше подниму девчонок на завтрак.

Я пригладил волосы, вышел в коридор и осторожно постучал в их дверь. Ответом послужил щелчок взводимого курка…

– Сильвия, не стреляй, это я! – заорал я, плашмя падая на пол. Но из-за двери ожидаемого выстрела не раздалось, а, наоборот, послышались звуки всхлипываний и… боюсь ошибиться, но… почёсывание?!!

Ничего не понимаю… Но делать что-то надо. Я осторожно сунулся в комнату и чудом успел вбежать, чтобы сгрести рыжую маньячку в охапку.

– Моцарт, не держи меня, я её убью! – орала Сильвия, наипошлейше вихляя бёдрами и вырывая у меня пистолет. Бледная Рита юркнула под кровать и сидела там, как мышка.

– Но за что?!

– Не скажу!

– Почему?

– Ты мужчина, тебе не понять!

– Я ангел, я всё пойму! По крайней мере, выслушаю и посочувствую.

– Она… она… дала мне такую штуку… – едва не плача, кричала герцогиня, краснея, как мечта Вика. – У меня ещё ничего не… а она дала, «на вот, повседневные, все такими пользуемся»! И что?! Я взяла… я… и теперь у меня всё там чешется!!!

– Где?

– Там!!! – окончательно разревелась Сильвия, а Рита дерзнула подать голосок в свою защиту:

– Это хорошие прокладки. Возможно, у неё просто аллергия на ароматизаторы. Такое бывает. Выпьет таблетку, и всё пройдёт! А теперь она хочет меня убивать…

– Аллергия? А что такое аллергия?! – Рыжая рёва как-то умудрилась выхватить у меня пистолет и приложить его к виску. – Это дурная болезнь, намотанная на кнехты моряков дальнего плавания, подхваченная ими на папуа-гвинейках? Говори или убью и себя и её! Нет, сначала её!!!

– Не бойтесь, это фигура речи. Она всегда хочет кого-нибудь убить, у них в Черногории все такие, – популярно объяснил я. – Рита, давайте сюда эту таблетку.

– Не буду! – неожиданно упёрлась Сильвия.

– Но почему?

– Потому что я не умею их глотать! У меня в горле першит, и я задыхаюсь!

– Ешь таблетку, тебе говорят! – не выдержав, рявкнул я.

– Не буду!

– Я тебе её силой скормлю!

– Надо положить ей таблетку в рот, зажать зубы, чтобы не выплюнула, и свободной рукой щекотать горло, тогда проглотит, – всё так же из-под кровати наставляла умненькая блондинка. – Я точно знаю, у мамы кошка была, она тоже таблетки от глистов есть не хотела. Пришлось вот так, ветеринар научил…