Мне никто не ответил, меня просто не услышали. И в общем-то, наверное, справедливо. Тот, кто пригласил нас сюда, позаботился о том, чтобы закрыть и запасной выход. Нас окружали зомби. Много, не меньше сотни. При одновременном нападении со всех сторон удержать такой напор просто невозможно. Как невозможно и успешно защитить своих…

– Вик, уводи девушек!

– Фигу вам, никуда мы не уйдём! – Рита отважно сжала кулачки, а герцогиня в полминуты вновь зарядила оба ствола. Обычным свинцом, но на зомби действует не менее убойно, чем серебро или ртуть на вампиров.

– Вик, я кому говорю, уводи их…

– Да заткнись ты, зануда, надоел! Учит он, учит, как будто он тут самый умный… Сдохнем все за правое дело. Когда попадём на Высший суд, замолви там словечко, типа я был на вашей стороне, о’кей?

Первая волна нападавших захлестнула нас… Грохнули два выстрела, я свалил троих ближних, Вик, закрывая спиной Риту, расталкивал бессловесных живых мертвецов, но, по сути, всё это было похоже на противостояние снежной лавине. Громко закричала Сильвия, её крик оборвался хрипом. Я рванул к ней, разбрасывая зомби, как кукол, но меня сбили с ног, несколько тел навалилось сверху, стало тяжелее дышать, ещё немного, но…

Холодная вспышка света, столь мгновенная, что была едва заметна глазу, сверкнула где-то в вышине, и я почувствовал, что пальцы зомби перестали сжимать моё горло. Мертвец умер второй раз, но уже окончательно. Я выкарабкался из-под горы трупов, с трудом веря в то, что остался жив. Тёмно-синее небо было словно бы взрезано яркой оранжевой полосой. Все зомби на стройплощадке были мертвы. Все! Теперь их лица стали безмятежны и чисты, словно смерть принесла им долгожданное избавление от диктата чьей-то злой воли…

– Имею честь спросить ещё раз, Моцарт, а что это, собственно, было?

Я обернулся к Викентию, поддерживающему под мышки двух наших подруг. Мы живы. О небо, мы все живы! Кто бы поверил…

– Ты не ответил. Почему эти трупяки враз откинулись, а нас даже не задело? Как это делается? Кто вообще такое может? Господь Бог, что ли?!

– Думаю, у него есть дела поважнее. А это так… быстрое погашение локального очага напряжённости. Наша работа. Ангелов Девятого Легиона.

До уютной «Богемии» мы добрались уже за полночь. Шли пешком, с трудом передвигая ноги от навалившейся свинцовой усталости. Помятые, побитые, измученные, хромающие, но с таким наслаждением вдыхающие свежий волжский воздух звёздной саратовской ночи! Город казался гораздо чище и гостеприимнее. Люди ещё громче смеялись на улицах, которые отныне станут куда безопаснее. Из ночных кафе звучала музыка, обворожительно красивые девушки стучали каблучками, сквозь кружево изумрудных листьев сияли жёлтые фонари.

Я чувствовал, что почти готов влюбиться в этот город и остаться здесь навсегда. А что, ведь в своё время наших ангелов не только швыряли в каждую горячую точку, но порой оставляли в том или ином населённом пункте как гарант спокойствия и безопасности. Почему бы тогда не оставить меня в тихом Саратове? Ну, конечно, не сейчас, а после того, как я разберусь с этим бородатым негодяем и кто-то повыше его ответит мне за смерть Посланника. Не думайте, что я хоть на минуту забыл о своей клятве…

Полусонная девушка на рецепции, отчаянно прикрывая зевоту дежурной улыбкой, выдала нам ключи. Вик сгонял вниз в ресторанчик и, вернувшись с литровой бутылкой мартини, торжественно вручил её Сильвии, попросив в умат напоить Риту. Тоже правильно, иногда алкоголь – лучшее средство для успокоения нервов и снятия стресса, а сегодня все мы хлебнули через край. Оставив наших героических подруг наедине с сегодняшними впечатлениями и с мартини, мы с вампиром спустились в полупустой бар. Ему требовалось выговориться, у меня были вопросы, так что на данный момент наши интересы вновь совпадали.

– Я недооценил Папочку…

– Мы все его недооценили. Как ты попал в подвалы?

– Ты знаешь, поразительно легко! Нашёл местный пункт приёма донорской крови, договорился с санитарами, получил дозу, честно выхлебал в скверике под липой, а потом… Раз! И чую, что-то острое под лопатку упирается. Двое присели рядышком, пока третий сзади с заточкой стоял. Расписали перспективы, я решил, что пока ещё хочу жить, и пошёл сам. А ты бы не пошёл, когда так настойчиво приглашают?

– Чего они хотели от тебя? – спросил я, заказывая вино и делая в памяти зарубку насчёт того, какое оружие использовали похитители.

– Эти трое? Нет. На редкость необщительные ребята, вместо мозгов только строчки устава. – Он сокрушённо помотал головой, словно бы отгоняя плохой сон. – Вампиры. Нездешние. Двигаются невероятно быстро, и силы вдвое против моей. По-русски говорят без акцента, но знаешь, как-то слишком правильно, словно на экзамене, чётко разделяя слова и проговаривая все буквы.

– Тебя пытали?

– Ой, не надо патетики! Кому я, на фиг, нужен, что я знаю… Привели в катакомбы, обвязали цепочками и бросили одного в подвале. Ну, Папочка забегал, естественно, пожурил, поутешал, обещал помочь как земляку из Волгограда. Если б руки связаны не были, я бы там и придушил этого гада…

– Боюсь, больше он не даст нам такого шанса.

– Не факт! Ты ему чем-то жутко нравишься, буквально запал в душу. Говорил о моей свободе и всё время переводил стрелки на тебя. Кто ты, откуда, где научился драться, почему преследуешь вампиров, за что тебя называют Ангелом и всё такое? Прикинь, он упёрто верит, что «ангел» – это твоя кличка, а Моцарт – твоё реальное имя!

– Первый Посланник говорил о Саратове, Петербурге и Перми.

– Брось, дело прошлое, оно уже не актуально, – остановил меня Вик, разливая каберне. – После такого фейерверка ему вообще в России не жить – наши найдут и кончат! Причём медленно, сладострастно, в максимально извращённой форме. Он же, на хрен, две городские общины полноформатно подставил! Не, поверь моему нюху, эта сука продажная навострила скейтборд за границу…