— Возможно.

Едва бабушка вышла, Джаррет проговорил:

— Конечно, я рад тебя видеть, Джордж, но где твои родные?

— В Бертоне, — ответил мальчик. И губы его задрожали, казалось, он держался из последних сил, чтобы не расплакаться. — Сэр, я приехал в Лондон один. Тайком.

— Господи, парень, да ты, верно, сумасшедший… — пробормотал Джаррет. — Они ведь там, наверное, места себе не находят от волнения.

Джорди насупился и пробурчал:

— Им все равно. Потому что я — бастард и позор семьи.

— Джордж, я уверен, что они тебе такого не говорили.

— Они мне вообще ничего не говорили. Никто мне ничего не говорил. Я случайно подслушал их разговор о том, что… что тетя Аннабел отказала вам из-за меня. И я сразу же отправился сюда. — На лице мальчика появилось выражение отчаяния. — Вам нужно на ней жениться! — заявил он.

Джаррет взглянул на него с удивлением.

— Но как же я смогу?.. Ведь я уже сделал ей предложение, но она мне отказала.

— Это потому, что она боится. Боится, что люди про меня узнают. Но никто ничего не узнает, потому что я не позволю ей об этом рассказывать. Вы женитесь на ней и увезете в Лондон, так что все останется так, как было всегда.

При этих словах мальчика в груди у Джаррета словно что-то перевернулось. Тяжело вздохнув, он сказал:

— Прости, Джордж, что говорю тебе это, но ты должен понять: по-прежнему уже никогда ничего не будет. Нельзя повернуть реку вспять. Даже если никто из посторонних не узнает об этом, ты-то сам уже знаешь, верно? И уже никогда не забудешь.

— Забуду! Вы должны на ней жениться, и все останется по-прежнему. — Мальчик расправил худенькие плечи. — Если нужно, я заставлю ее выйти за вас!

— Как же ты собираешься это сделать?

— Вызову вас на дуэль!

Как Джаррет ни старался, ему не удалось удержаться от смеха.

— И какое же ты предлагаешь оружие? — спросил он наконец.

— Я… я надеялся, что у вас найдется лишний дуэльный пистолет.

— Понятно, — кивнул Джаррет. — А стрелять из пистолета ты умеешь?

Мальчик выпятил грудь.

— Я стрелял из охотничьего дробовика, когда ходил с дедушкой на охоту. Хотя… — Джордж понурился. — Хотя теперь-то я знаю, что мой дедушка — ненастоящий дедушка, поскольку он не приходится отцом тете Аннабел…

— Вот видишь, Джордж? — мягко произнес Джаррет. — Вернуться к прежнему не получится. Теперь ты слишком много знаешь.

— Но я не хочу ничего знать! — воскликнул мальчик. — Я хочу иметь настоящего отца, настоящих сестер и брата, а также дедушку и бабушку…

Джаррет подошел к нему и положил руку ему на плечо.

— Не беспокойся, парень. Все будет хорошо. Поверь, все будет хорошо, клянусь. Может, не сразу, но со временем.

— Н-никогда ничего не будет хорошо! — всхлипывая, пробормотал Джорди. — Я бастард, и с этим уже ничего не поделаешь.

— С этим да, верно. — Джаррет подвел мальчика к дивану у окна и, усадив, сел с ним рядом и обнял за плечи… — Но это необязательно должно повлиять на твою жизнь. И я точно знаю: для твоей матери не имеет значения, что ты — незаконнорожденный.

— Не называйте ее так! — воскликнул Джорди. — Я не позволю ей быть моей матерью!

— Ну, это, конечно, твое право. Можешь продолжать жить во лжи, если хочешь. Но учти, это может причинить ей ужасную боль.

Губы мальчика снова задрожали. Но он все же взял себя в руки и заявил:

— Ну и пусть! Она это заслужила! Она лгала мне! Они все мне лгали!

— И тебя это очень разозлило, верно? Но ты должен понять, что они всего лишь пытались защитить тебя от глупых и невежественных людей. Поверь, твои родные вовсе не стыдились тебя — просто не хотели тебя огорчать.

Мальчик молчат, и Джаррет вновь заговорил:

— Я знаю, что твоя мама очень тебя любит. Ведь большинство женщин, когда рожают детей вне брака, отдают их на воспитание другим людям. Сами же продолжают жить, как прежде. И даже выходят замуж. Но твоя мать этого не сделала Из-за тебя она отказалась от возможности выйти замуж и завести собственную семью. Она решила оставаться рядом с тобой, чтобы видеть, как ты растешь, чтобы заботиться о тебе, понимаешь?

Джорди судорожно сглотнул.