От таких мыслей Джаррету сделалось не по себе. Он нисколько не сомневался, что Аннабел могла бы на это решиться. Ведь многие женщины способны и на такое ради своих близких.

Вскочив с постели, Джаррет заявил:

— Я не поеду сегодня в Лондон.

Аннабел взглянула на него с удивлением, однако промолчала, — очевидно, ждала, что он как-то объяснит эти свои слова. Джаррет же, повернувшись к кровати, начал одеваться.

Наконец, не выдержав, она спросила:

— Но почему? Джаррет, ты же хотел сегодня уехать…

Быстро одевшись, он взял корсет, чтобы помочь Аннабел.

— Потому что я решил, что должен как-то помочь вам с братом.

Она замерла на мгновение. Потом спросила:

— Значит, ты поговоришь с магнатами из Ост-Индской компании? И заключишь с нами контракт на поставку светлого эля?

Надежда, прозвучавшая в ее голосе, не оставляла ему выбора. Коротко кивнув, он сказал:

— Ты ведь этого хочешь, верно?

— Да, конечно же! — Ее лицо озарилось улыбкой, и она бросилась ему на шею. — Да, да, да! О, Джаррет!.. — Аннабел радостно смеялась, покрывая его лицо поцелуями. Голос же ее звучал как чудесная музыка. — Но почему?.. Ведь ты не должен. Наша игра…

— Плевать мне на эту проклятую игру, — проворчал Джаррет. — Тебе нужна помощь, и я хочу помочь. У меня есть несколько дней, чтобы решить, как именно я могу помочь.

— Ах, Джаррет, это лучшее, что ты мог для меня сделать. — Она вдруг разрыдалась.

— Успокойся, милая, — пробормотал он, прижимая ее к себе. — Я думал, ты обрадуешься…

— Я плачу от радости, — прошептала она, утирая слезы.

Джаррет вздохнул с облегчением и, улыбнувшись, заметил:

— Тогда мне даже страшно представить, что с тобой бывает, когда ты печалишься.

Аннабел снова рассмеялась:

— Когда печалюсь — тоже плачу! Я очень много плачу…

Джаррет не вольно нахмурился. Сколько же она оплакивала своего жениха, не вернувшегося с войны? И как часто брат доводил ее до слез? Ох, даже думать об этом не хотелось!..

— Я не плачу только в одном, случае, — продолжала Аннабел. — Не плачу, когда злая. Тогда я кричу. — Она всхлипнула и тут же улыбнулась.

— А вот я никогда, не плачу, — пробормотал Джаррет. Пожав плечами, он добавил: — Во всяком случае, не могу вспомнить, когда плакал.

Аннабел подняла на него заплаканные глаза.

— Неужели никогда?

— Никогда.

— Какой ужас! Не могу представить как это — совсем не плакать. Ведь после слез всегда чувствуешь себя лучше. Хотя выглядишь намного хуже, — добавила она с улыбкой.

— Для меня ты всегда будешь выглядеть как богиня. — Джаррет повернул ее к себе спиной, чтобы зашнуровать на ней корсет. — Итак, где же состоится встреча с твоим братом?

— Где хочешь.

— Лучше всего здесь, на пивоварне, — сказал Джаррет. — Я хочу, чтобы и вы с мистером Уолтерсом также присутствовали.

— Да, конечно.

— И еще я хочу взглянуть на бухгалтерские книги «Лейк эль».

— На все?.. — с беспокойством в голосе спросила Аннабел.

— Да, на все. Без этого я не подпишу ни один контракт с вашей компанией. Понятно?

— Не знаю, согласится ли на это Хью, — со вздохом ответила Аннабел.

— Должен согласиться, если хочет, чтобы я ему помог.

Тут Джаррет затянул шнуровку, и Аннабел, повернувшись к нему, сказала:

— Хорошо, я позабочусь, чтобы он согласился.

Джаррет невольно улыбнулся. Хотя эта женщина, по ее собственному признанию, много плакала, у нее был сильный характер.

— И мне нужен список ваших поставщиков, — продолжат Джаррет, — Кроме того… — Он ненадолго задумался. — Если известно что-либо об операциях Оллсоппа и Басса, собери для меня и эту информацию.

— Да, хорошо.

Когда оба были готовы, Джаррет сказал:

— Я провожу тебя домой.

Аннабел решительно возразила:

— Нет, ни в коем случае. Нас не должны видеть вместе.

— Но дорогая, ходить одной — это небезопасно…

Она рассмеялась.

— На улицах Бертона так же безопасно, как в собственном доме. — Она кивнула на дверь. — Иди первый. Постарайся вернуться в гостиницу так, чтобы тебя никто не заметил. Я выйду вскоре после тебя.