— Его хотели убрать, — повторил Шо, пропуская мое ехидство. — И те стрелки, которых мы прихлопнули в «Распутном драконе», целились вовсе не в нас, а в него.

— А остальные работники бригады убийц, — мелодраматично продолжил я, — наблюдая свою полную несостоятельность в прямой перестрелке с доблестными служителями Закона в лице нас с тобой, рассеялись по этому чертовому лабиринту, засев в тупиках в ожидании, пока Аль-Махруд случайно не наткнется на одного из них.

— В ресторане, помимо стрелков, могли быть и другие участники операции, — сказал Шо. — Скажем, не стрелок, а пассивный член отряда, который находился на связи с группой поддержки и направлял ее действия, подсадив на парня жучка и отслеживая все его передвижения.

— Но если так, — предположил я, — то этот твой гипотетический координатор из ресторана мог узнать об этом тупике только после того,как Аль-Махруд в него свернул, и, как бы оперативно ребята ни работали, попасть сюда до нас им было бы весьма и весьма затруднительно.

— В группе мог быть интуит, — сказал Шо. Всегда он умудряется подумать о чем-то важном раньше меня. Наличие в группе интуита снимало половину вопроса. Даже если акция должна была быть проведена в ресторане, убийцы все равно могли привлечь интуита. Профи не оставляют своей жертве ни малейшего шанса.

— Это верно, — сказал я. — Но все равно это чушь свинячья. Даже если бы в группе был десяток интуитов и сотня киллеров, засевших на каждом углу, это все равно не говорит нам о самом главном. Как убийца отсюда ушел?

Мы немного помолчали от безысходности.

Но ваш покорный слуга долго молчать не может.

— Мы задаемся не тем вопросом, — сказал я. — Мы спрашиваем: «как?», хотя гораздо логичнее было бы задаться вопросом: «кто?». Если мы ответим на этот вопрос, нам легче будет понять, «каким образом?». И кому это выгодно?

— Имя им — легион. У террористов много врагов по определению. Для примера можешь взять тот же Моссад.

— Странное совпадение, — сказал я. — Жил он себе, жил, многие за ним охотились, и никто не мог поймать, а убили его аккурат после того, как мы подобрались к нему вплотную. Напрашивается вывод, что кто-то очень не хотел, чтобы мы пообщались.

Хотя это трудно назвать общением. Сыворотка правды, допрос шестой степени С, почти наверняка — тотальное ментоскопирование как последний вариант. Оно славится тем, что хоть подозреваемый и выкладывает абсолютно все,предоставляя необходимые доказательства для последующего судебного процесса, судить уже некого. Процесс летален.

— Средства, — напомнил Шо.

— Забудь о средствах, — сказал я. — Кому это выгодно?

— Кому?

Все-таки он скептик.

— Подумай, — сказал я. — Почему мы охотились за Аль-Махрудом?

— Потому, что он преступник.

— Логично. А почему мы хотели бы видеть его живым?

— Потому, что он мог вывести нас на Гриссома.

— Что и требовалось доказать. Его смерть в первую очередь была выгодна самому Гриссому.

— Но Гриссом не поручает подручным делать грязную работу. У него подручных нет.

— Значит, он был здесь во плоти.

— Если Аль-Махруд был для него опасен, почему он не избавился от него раньше?

— Потому, что Аль-Махруд стал для него опасен только тогда, когда мы на него вышли, — сказал я. — Сегодня.

— И как Гриссом мог об этом узнать?

Потому, что он гвардеец, содрогнулся я, но произнести столь кощунственную мысль вслух не решился.

— Потому, что он психопат. Мало ли чего можно ожидать от психопата.

— Я тоже стану психопатом, — сказал он. — Если буду и дальше с тобой это обсуждать. Давай оставим работу экспертам, им тоже надо чем-то заниматься.

— Верно, пусть аналитики поломают свои драгоценные головы, — согласился я.

Но совсем недавно я и сам был аналитиком и потому не думать просто не мог.

И все-таки все логично.

Гриссом — гвардеец, именно так он мог уйти с места преступления перед самым нашим носом.

Хм.

А как он сюда попал? Хотя, если Гриссом гвардеец, вполне могла сработать предложенная Шо версия относительно подсаженного на Аль-Махруда жучка.

Построим модель.

Гриссом подсаживает на Аль-Махруда жучка и отслеживает все его передвижения. В таком случае он без особых проблем может появиться в тупике раньше нас, но после Аль-Махруда, сделать свое дело и уйти. Все, что ему надо, — это точный расчет и малая доля везения.