Однако, подойдя вплотную, немец понял, что произошло: крышка подпола, сколоченная из толстых досок, не выгорела до конца, но под тяжестью некстати вставшего на нее француза, тотчас провалилась.

— Что вы орете, господин инженер? — Фриц не мог скрыть раздражения. — Вы же всего-навсего угодили в яму. Давайте руку!

— Они держат меня, держат! — вновь завопил Луазо.

Его лицо было искажено ужасом, и у Майера опять появились сомнения. А вдруг?..

Он не без труда ухватил француза за руку — тот размахивал обеими конечностями на манер ветряной мельницы. Дернул. Да, действительно, — что-то мешало вытащить горе-инженера из ловушки. Проломив ударом каблука пару досок, Фриц тотчас понял, кто, а вернее говоря, что держит инженера. Его правая нога пробила крышку стоявшего в подполе бочонка и намертво там застряла. Ощущался явственный, густой и пряный аромат, пересиливший даже горький запах золы и пепла.

— Господа русские так спешили спалить город, что позабыли в погребе самое главное! — радостно воскликнул Фриц, достав из ямы сначала француза, а потом и бочонок с вином. — И надо же было случиться, что именно в это позабытое ими богатство вы и провалились, герр инженер!

— О! — страх француза начисто прошел, он потянул носом и наклонился. — А ведь, я думает, вино хорошее… Нет ли у вас чашки, пан капитан?

— Я вам что, маркитантка [67] с запасом выпивки и посуды? Погодите-ка.

Фриц приподнял тяжелый бочонок и, поднеся ко рту, с наслаждением сделал пару глотков. Бордовые струйки побежали по стали кирасы, смывая с нее пепел.

— Отлично! — по-немецки вскричал Майер. — Это первый славный трофей города Смоленска. Попробуйте, герр инженер.

— Но мне не поднять такой бочка! — сокрушенно простонал француз.

— Ну так пейте из пригоршни. Не буду же я подавать вам вино, как ваш слуга.

Инженер последовал совету своего спасителя, и его вытянутое лицо расплылось от наслаждения.

— О! Очень хорошее вино! Никак не думал, что московиты уметь делать такое. Мы возьмем вместе с собой эту бочку, сэр капитан?

Минуту Фриц колебался, потом решительно мотнул головой:

— Нельзя, герр инженер. Если напьюсь я, никто этого не заметит. Если напьетесь вы, уважаемый, то сделаете такие петарды, что мы, пожалуй, сами взлетим на воздух…

— Ах нет, петарда — не такое уж сложное приспособление. Это просто маленькая пушечка, которая не стреляет, а взрывается… Что, согласитесь, случается и с обычными пушками. Так что мы можем спокойно взять этот бочонок, который я нашел таким необычным способом.

— Нет, еще по глотку, и назад, в лагерь.

Луазо явно огорчился, но спорить не стал. Вскоре оба вновь были в седлах и поспешили покинуть пепелище, покуда не поднялся ветер и не испортил им удовольствие от отменного вина, заставив наглотаться пепла.

«Что-то не так, — думал на ходу Фриц. — Явно ведь что-то было не так в этом смешном человечке… А! Он кричал в самом начале какое-то не то слово… Какое же? Хелп! Это, сколь я помню, означает „помогите“. Но, кажется, не по-французски. Точно не по-французски… На каком же языке этот трусишка звал меня на помощь? Вот где пригодился бы этот русский, Григорий, с его-то всезнанием языков. Эх… Григорий… Дай Бог, чтобы тебе повезло — чтобы я не убил тебя нынешней ночью!»

— Вы, мой друг, как будто уже из могилы.

Этими словами приветствовал Фрица кавалер Новодворский. Тот действительно был весь в земле и грязи.

— И именно это дает мне какой-то шанс сохранить драгоценную жизнь вашей милости, — хмыкнул Фриц. Он провел полдня на брюхе, изучая подходы к воротам. — Чем вы провинились перед королем, что он вас отправил с петардами?

Новодворский брезгливо покосился на мешок с подрывными снарядами у своих ног и ответил:

— Полгода назад я при свидетелях трижды выиграл у него в шахматы.

Следующую реплику он подал, когда подрывники выдвинулись на исходную позицию:

— Кажется, перед нами не та башня. В ней нет ворот. И мы пришли слишком рано.

— Да, это другая башня. Видите ли, пан Новодворский, все пространство непосредственно перед нашими воротами тщательно охраняется и просматривается. Наилучшая возможность, не подвергая жизнь ненужной опасности, достичь цели — это попробовать добраться вон до того, — Фриц вытянул руку, — участка стены… Из стены выступает такой низенький каменный карниз — так вот дальше поползем вдоль стены прямо под ним… И я советовал бы вам отстегнуть воротник.

Накрахмаленный кружевной воротник кавалера Новодворского, вероятно, стоил целое состояние.

— Во-первых, мой друг, — с улыбкой заметил поляк, — если уж сегодня мне придется встретить смерть, я бы предпочел это сделать хотя бы нормально одетым. Во-вторых, знаете ли, мешок я не потащу. Я возьму вот это…

Новодворский забрал горн.

— И в-третьих, не пристало рыцарю трусить и ползать на брюхе по грязи. Сейчас темно и никто нас не увидит. Давайте просто осторожно и с достоинством пойдем напрямую к этим чертовым воротам — и выполним приказ короля!