– Ты куда?
– спросил Тимур, глядя на то, как Куликов поправляет форму, подтягивает ремень и одевает кепи.

– Погулять перед сном. Сегодня вечером воздух необыкновенно свеж. Вам не кажется?

– Скажешь тоже...
– прыснул Авдеев.

***

Уже стемнело когда Вадим быстро написав в комнате для теоретических занятий прошение об увольнении со службы по собственному желанию направился в штаб бригады. Он лишь надеялся что полковник все еще на месте, по крайней мере свет в окнах еще горел, а это вселяло надежду что в армии не задержится еще на неопределенный срок. Лишь бы все получилось.

– Ты что тут забыл рядовой?
– остановил его на проходной дежурный лейтенант, хохотнув: - Или может дверью с непривычки ошибся?! Так казарма в другой стороне.

– Не ошибся. Я пришел подать прошение об увольнении.

– Так ты только что поступил на службу!

– Понял что ошибся с выбором места работы... Извините товарищ лейтенант, но я не собираюсь обсуждать это с вами. Все решено.

– Как хочешь, - хмыкнул лейтенант и позвал одного из солдат дежуривших вместе с ним, приказав последнему: - Проводи в канцелярию.

– Слушаюсь.

Но не успели они пройти и десятка шагов по коридору штаба как навстречу им вышел сам полковник Гороховский.

Куликов и его провожатый остановились, прижались к стенке и отдали честь.

– В чем дело солдат?
– остановился командир бригады увидев в руке Куликова бумагу.

– Прошение о увольнении товарищ полковник.

– Ну-ка...

Гороховский взял лист бумаги, прочел, посмотрел на Вадима, а потом отпустил провожатого.

– А ты иди за мной...

– Слушаюсь.

К удивлению Вадима полковник привел его в свой кабинет. Сев в свое кресло и положив прошение Куликова на стол, полковник спросил:

– Что это?

– Прошение об увольнении из рядов вооруженных сил Российской Федерации товарищ полковник. Тут все ясно написано...

– Я вижу что не прошение о повышении! Какие-то проблемы по службе солдат?

– Никак нет...

– Тогда в чем дело? Ты буквально всего второй день на службе. Что-то должно было случиться, раз ты так резво решил двинуть ноги из армии.

– Я понял что это не мое товарищ полковник. Ошибся, с кем не бывает. И я готов выплатить армии все неустойки и штрафы оговоренные контрактом.

– Вот как?

– Так точно.

– Ничего не выйдет солдат.

– Но почему?!

– По кочану и по кислой капусте!
– рыкнул Гороховский.
– Есть как минимум две причины почему я не могу тебя уволить по твоему собственному желанию солдат.

– Какие?

– Причина первая: я полковник.

– Э-э... не понимаю, - вынужден был признать Вадим, которого иногда армейская логика, если она вообще существует в природе как явление, ставила в тупик.

Как тут одно увязывается с другим?

– Объясняю. Ты слышал когда-нибудь такое определение "бригадный генерал".

– Конечно...

– И что из этого следует?

– Что бригадой командует генерал.

– Молодец. А тебя не удивляет что я полковник, командую бригадой?

– Э-э... только сейчас как вы сказали товарищ полковник.

– Вообще-то так оно и есть. Бригадой действительно командует полковник, но только на начальном этапе своего назначения, первые пять-шесть лет. Далее идет либо повышение до генерала, либо... увольнение. Так вот боец, я бригадой командую уже седьмой год. Понимаешь, что это значит?

– Э-э... кажется начинаю догадываться товарищ полковник, - кивнул Куликов, также начиная догадываться что его ждет большой облом в плане скорейшего увольнения.

– Молодец. Я уже засиделся на этой должности. С недели на неделю в Министерстве обороны решается вопрос, стану ли я полноценным бригадным генералом или меня переведут куда-нибудь на менее ответственную должность, а то и вовсе как я уже сказал, уволят в запас. Потому за всеми процессами в части внимательно следят. А если солдат увольняется на второй день после поступления на службу, значит в бригаде какие-то проблемы и во всех проблемах виноват командир бригады, потому как он за все отвечает. Теперь усекаешь, чем мне может грозить твое увольнение?

– Так точно, - вяло кивнул Вадим.

– Теперь причина вторая и пожалуй самая важная... Я не могу тебя уволить по той простой причине товарищ солдат, что из штаба округа пришел соответствующий приказ: никого не увольнять в связи со сложной внутренней и внешнеполитической обстановкой.

– Я не понимаю вас, товарищ полковник...
– глухо прошептал Вадим.

– Ты действительно дурак или только придуриваешься Куликов?

– Товарищ полковник...

– Что товарищ полковник?! Ты телевизор, когда был на гражданке, часто смотрел? Особливо это касается новостей.