— Мы никак не могли поладить.

— А правда ли, что вы разошлись из–за того, что он хотел детей, а вы нет? — быстро спросил Кэмден. Фанни передернула плечами.

— Нет, — ответила она.

— А если мы вызовем в суд тех, кому вы это говорили?

Фанни опустила глаза, а когда подняла, в них горел гнев. Я ее предупреждала, что буду использовать против нее все, что смогу.

— Я не хотела иметь от него детей, потому что он был слишком стар. Я имею в виду, что было бы со мной после его смерти, а? — с этими словами Фанни повернулась в сторону судьи. — Я бы осталась без мужа с детьми на руках. Кто бы на мне с детьми женился? Я ему так и сказала, мы поссорились, потом развелись, а вскоре он умер, а мне так ничего и не оставил. Выходит, что я оказалась права.

— Но сложилось мнение, что вы вообще против детей, миссис Уилкокс, разве не так?

— Конечно нет, — ответила Фанни. — Посмотрите, я как раз собралась обзавестись ребенком. — И ткнула себя пальцем в живот.

— И вы замужем всего два дня? — вкрадчиво заметил Кэмден, поглядывая в сторону судьи.

— Я же вам уже сказала. Неужели забыли, — парировала Фанни, в зале засмеялись. Судья стукнул молотком, призывая публику к порядку.

— Теперь, миссис Уилкокс, прошу вас рассказать суду, как оказался в вашем доме Дрейк Кастил.

— Что значит, как оказался. Да я его забрала и все, и привезла домой.

— Откуда забрали?

— Во время праздника у новой фабрики. Я увидела, что он один, а Логан с Хевен хвалятся перед всеми своей новой фабрикой. Ну, я подъехала к нему и сказала, что он может со мной прокатиться. Дрейк сел ко мне в машину, и мы приехали ко мне домой, где и есть его настоящий дом.

— Значит, вы увезли его, никому ничего не сказав?

— А почему я должна была с кем–то разговаривать? Он мой брат.

— Но разве вы не подумали о том, что мистер и миссис Стоунуолл будут беспокоиться по поводу исчезновения Дрейка?

— Но им–то было безразлично, что я думаю. — Фанни повернулась к нам с Логаном. В ее черных глазах горел огонь. — Они ведь не спрашивали у меня разрешения, когда увезли его в свой замок около Бостона, а потом сюда, в Уиннерроу. Да и отец захотел бы, чтобы я заменила Дрейку мать, а не Хевен. Он любил меня больше, чем ее, и ей это прекрасно известно. Она знает, что он бы захотел, чтобы Дрейк жил со мной. Ты же знаешь, Хевен, что я говорю правду, — сверкала на меня глазами Фанни.

Я сознавала, что отец любил ее больше, но одновременно у меня было чувство, что он в меня верил, видел во мне ответственного человека, а Фанни была эгоистична и безответственна. Мне подумалось, что встань в этот момент Люк из могилы, он бы захотел, чтобы Дрейк жил со мной. В конце концов, он меня назначил его душеприказчиком. Я была уверена, что он бы отдал мне опеку над Дрейком.

— Но, по крайней мере, вам, миссис Уилкокс, было известно, где находится мальчик. Разве не был ваш поступок безответственным? Взять ребенка и никому об этом не сказать. Они даже в полицию обращались. И почему вы не позвонили и не сообщили, что ребенок у вас?

— Я уже сказала, — ответила Фанни. — Они никогда ни о чем мне не сообщали. Даже не известили, что приехали в Уиннерроу.

— И все же, миссис Уилкокс…

— Я поступила так, как следовало поступить, — упрямо стояла на своем Фанни. — Хевен считает, что ей все позволено, потому что она богата. Мне нет дела до ее богатства. Дрейк мой.

Всем стало очевидно, с какой неприязнью относилась ко мне Фанни. Мне стало неловко и обидно.

Вэндл Бэртон поднялся со своего места и направился к скамье для свидетелей, на этот раз он держал руки за спиной. Вэндл остановился на полпути между Фанни и нами и встал так, чтобы видеть нас обоих. Он покачался на каблуках, и мне стало ясно, что должно за этим последовать. Сердце мое сначала замерло, потом яростно заколотилось.

— Миссис Уилкокс, вы ждете ребенка, от кого он?

— От него, — сказала Фанни, указывая на Логана. — Я забеременела от него.

Я услышала, как тихо охнула мать Логана. Зал возбужденно загудел. Бросив взгляд на Рендла, я заметила на его лице изумление. Мое предположение оказалось верным. Он приподнялся, но в этот момент возвращавшийся на свое место Бэртон, схватил его за руку и, что–то шепнув, заставил сесть. Может быть, он сказал, что Фанни солгала, ради того чтобы получить Дрейка. С покрасневшим от гнева лицом судья стучал молотком, стараясь навести порядок.

— Я предупреждаю всех, — заявил он. — Если подобный шум повторится, я удалю из зала суда всю публику. Продолжайте, мистер Бэртон. — Вэндл еще что–то сказал Рендлу и вернулся к Фанни.

— Миссис Уилкокс, вы указали на мистера Стоунуолла, мужа вашей сестры?

— Да. И он не сможет это отрицать! — выкрикнула она. — Он платил мне, чтобы я могла заботится о будущем ребенке, а в последний раз деньги не поступили.

Логан посмотрел на меня. Мое лицо осталось невозмутимым, хотя внутри все кричало от боли, как будто своим жестом Фанни пронзила мне сердце. Я не отвернулась и не опустила глаза, зная, что взоры всех присутствующих обращены ко мне в ожидании моей реакции. Видимо, все считали, что для меня это явилось откровением. Как и боялся Кэмден Лейквуд, Вэндл Бэртон посчитал репутацию Фанни настолько пошатнувшейся, что решил нанести удар по нашим нравственным позициям.