Это проверено, потому что…

Потому что, когда старые боги и духи не помогли, вы пробуете другой, новый путь. Вы даете Чудовищу собственное имя. Красивое и страшное имя. Теперь оно зовется Ие-Чи-Ри-Ки-Ки.

Вы приносите ему дары, приносите пищу. Другую, не людей. Но оно не принимает. Тогда вы приводите и людей тоже, но только мало. Меньше, чем чудовище, Ие-Чи-Ри-Ки-Ки сжирало до того. Потому что, если приводить столько же или больше, все молитвы теряют смысл. Ваша цивилизация жива, покуда в ней наличествуют люди. Не станет их — не станет и цивилизации.

Ие-Чи-Ри-Ки-Ки принимает дары из живых людей. Но этого ему мало.

И тогда снова встает вопрос: что делать дальше?

— Извините, профессор Дорнель, мне вот жутко интересно. А почему мы работаем именно с голованами?

Вообще-то вопрос у меня назревал давным-давно, с самого начала. Просто не решался спросить. И подсмысл вопроса был вовсе не в том, почему именно с этим видом живности, а не с какими-нибудь мышами-лягушками? Тут все ясно-понятно: голован попросту умнее. Подвопрос был в другом. Почему не…

— А вы что, Дар, желаете поработать по-настоящему? — покосился на меня профессор Мадисло. И, Выдувальщик свидетель, глаза его блеснули. «По-настоящему» — вот как это у него именуется!

— Если только с явными врагами, — сказал я уклончиво. — А так…

Дорнель Мадисло посмотрел на меня оценивающе. Я видел только глаза: оба мы были в марлевых повязках. Врачи, массаракш и массаракш!

— Знаете, Дар Гаал, вот другому не ответил бы, но вам… В конце концов, вы мне ассистируете, а ассистентам положено доверять. К тому же я очень надеюсь, что мы надолго продлим наше совместное творчество.

«А, вот как это ныне называется — „творчеством“», — констатировал я. Марля маскировала мои эмоции, за что я был ей весьма благодарен.

Впрочем, профессора, кажется, абсолютно не волновали мои эмоции и переживания; он попросту приписывал мне свои.

— Так вот, ассистент Дар, все просто, — Мадисло подмигнул. — В этой жизни не всегда следует идти прямым путем. Иногда надо лавировать. Я вот не военный, но знаю, что бомбовоз все-таки сильнее танка. А почему? Да потому, что бомбовоз много-много маневреннее. Вот и в жизни тоже иногда надо, как в войне.

Пока профессор углубился в тактику, о которой ведал явно смутно, и в житейскую мудрость, видимо наработанную собственным опытом коридорно-академических интриг, я размышлял.

С точки зрения этой самой житейской мудрости, спрашивать мне вовсе было не надо. Меньше знаешь — крепче спишь, как советует та же самая военно-житейская мудрость. Но все-таки меня это очень интересовало. В конце концов, мы работали под патронажем Департамента Внутренних Дел, а не только Имперской Академии. Под покровом министерства, да еще во время незакончившейся войны вполне получалось работать, то есть ставить эксперименты, не только на каких-то круглоголовых псах. Можно ведь было…

Но профессор наконец и сам добрался до прямого ответа.

— Дар Гаал. Конечно же мы могли бы сразу задействовать врагов, но… Понимаете, Дар, мне, честное слово, хочется продвинутся и в науке тоже. Выпустить монографию, защитить… Ну, вы понимаете. Но вы хоть догадываетесь, Гаал, насколько наша имперская наука консервативна? Там же одни динозавры, поверьте на слово. И потому… Короче, если эксперименты и опыты будут проведены на людях, то никакая диссертация не пройдет. К тому же она будет засекречена. Что же мне тогда, и академиком становиться секретно, что ли? — профессор снова подмигнул.

До сих пор не знаю, был ли Дорнель Мадисло и вправду таким циником, или попросту напускал на себя для значимости? Наверное, тут было по чуть-чуть и того и другого. Но вот добряком он не был, это уж точно.

Многие смельчаки отправлялись на сражение с Ие-Чи-Ри-Ки-Ки. Брали с собой стрелы, сети, лопаты для копания ям-ловушек. Никто не возвратился. И никто не нашел ничего, оставшегося от них самих. Потому что луки, стрелы, сети, лопаты и даже вырытые ямы-ловушки иногда находили. Иногда ямы даже были вырыты полностью и по всем правилам. Только они были пусты.

Потом тигрозмей Ие-Чи-Ри-Ки-Ки снова приходил к вашей цивилизации-племени и наедался до отвала. Порой он спускался с дерева, иногда приползал по земле. Исхода это не меняло.

Да, конечно, чтобы быть таким сильным и прожорливым, Ие-Чи-Ри-Ки-Ки надо быть не просто продуктом греха тигра и анаконды, надо самому быть духом. Духом, воплощенным в неуничтожимую, но все же живую плоть. Именно потому ваши проверенные друзья-духи и боги предков застыдились и ушли. Они уже стары, ваши боги, у них нет силы одолеть того, кто смог породить Ие-Чи-Ри-Ки-Ки и вселиться в его плоть. Потому вы могли бы тоже сдаться и не тянуть лиану. Отправиться на чужой ужин всем племенем разом. Пусть будет, что будет. Если предрешено.