– К выходу! – бросил я. – Будто еще варианты есть!

– К какому выходу?! – пискнул Клоун. – Кто тебя выпустит? Да тебя там уже дожидаются с распростертыми объятьями и пулеметом!

– Так куда мне?!

– Дуй хоздвором к погрузочной платформе! – приказал Клоун.

Я только рад подчиняться. Всегда бы в жизни отдавал команды кто-то умный, умеющий просчитывать ситуацию на несколько ходов вперед. И желательно – в твою пользу…

Чуть не наткнулся на троих с автоматами, что неслись прямо мне навстречу. Метнулся к стене, вжался в узкую нишу непонятного назначения. Охотники пробежали мимо. Осторожно высунулся – и помчался дальше, инстинктивно пригибаясь к земле. Будто это могло как-то помочь.

Путь мне преградила огромная куча ржавого железа. Похоже, сюда сваливали отжившее свой век оборудование. Этого на схеме не было – даже Клоун удивленно икнул. Огромные трансформаторы, станки, куски рельсов, швеллеры, решетки – от стены до стены. Ничего не оставалось, кроме, как лезть через эту гору, серьезно рискуя покалечиться или подставиться под прицельный огонь. Когда я уже перевалил «через хребет», нога скользнула на жирном сгустке солидола. Едва сдержав крик, я полетел вниз.

Было ужасно больно. Наверное, я что-то даже сломал. Только почему-то от этой дикой боли мне стало смешно. Я поднялся, двинулся дальше, хромая, шатаясь и смеясь сквозь боль, как безумец. Еще смешнее стало, когда оказалось, что забрел в тупик – два корпуса смыкались буквой «П».

– А ну, прекрати, – сказал Клоун. – Знаешь поговорку? Хорошо смеется тот…

– …кто смеется в последний раз! – давясь от хохота, закончил я.

Пришел в себя от крепкого удара в скулу. Со стороны это смотрелось бы дико: будто я сам отвесил себе оплеуху. Клоун угрожающе нависал надо мной – и вот это действительно смотрелось смешно.

Зато мне смеяться перехотелось.

– Вон – водосточная труба, видишь? – как ни в чем ни бывало сказал Клоун. – Лезь на крышу…

– Ага… Понял…

Оказывается, это довольно увлекательно – лазить по таким шатким конструкциям. Крыша здесь была на уровне третьего этажа. Правда, и потолки здесь не низкие. Пару раз труба норовила отойти от стены, и я обмирал от перспективы снова очутиться на куче железа.

Странное дело: я орудовал Клоуном просто, как рукой в перчатке. Но мне казалось, что маленькая тварь сама цепляется за трубу и выступы, отчаянно стремясь долезть до верху раньше меня…

До крыши я все-таки добрался. Самым трудным было перебраться через жестяной желоб на хрупкий металлический настил. На несколько секунд даже повис на руках, отстраненно прикидывая: смог бы я устроиться на работу каскадером?

Свистнули и ударили в крышу пули. Это придало мне сил – и через низенькие перильца я перекинул тело на крышу. Быстро, как ящерица, пополз по скату, нырнул на другую сторону. Сполз к краю, глянул вниз.

Там, подогнанная задом к погрузочной платформе, наполовину скрытая навесом, торчала здоровенная автоцистерна. Из корпуса к ней тянулись и вились на асфальте кольцами толстые, как удавы, шланги.

– И что дальше? – поинтересовался я.

– Теперь вниз – и за руль, – быстро сказал Клоун.

– Ты это серьезно? – усомнился я.

– Я что, похож на клоуна? – отозвался Клоун.

Быстро оглядевшись, я обнаружил ползущие вдоль стены вниз антенные провода. Даже не раздумывая, схватил в ладонь один из таких кабелей – и просто нырнул – вниз головой.

Нормальный человек, пожалуй, так никогда не поступит. Он проверит надежность крепления, прикинет, выдержит ли не слишком толстый кабель вес тела… Но сила моя совершенно дурацкой природы: у меня просто патологическая тяга к безумным поступкам.

Так что остается только благодарить монтеров, что накрепко примотали шнур к спутниковой «тарелке», да и производителям кабеля – отдельное «мерси» за прочность…

Впрочем, прежде, чем долететь до «козырька» платформы, я успел пару раз хороша приложиться к незамеченным мной карнизам. Но на фоне общей адреналиновой накачки организма, это уже мелочи… Скатившись по наклонному навесу, я по-кошачьи, на четыре точки соскочил на цистерну. Поднялся, заковылял в сторону кабины. Сполз на подножку, вбросил себя вовнутрь…

– А ключи? – пробормотал я, но Клоун уже нырнул в темноту под рулем, принялся копаться в проводах.

Взревел дизель. Кабина окуталась облаками гари.

Черт! Я же не знаю, как управлять этой махиной!

– Сними с ручника! – крикнул Клоун. Оставалось надеяться только на это дикое, украшенное бубенчиками, воплощение моих скрытых возможностей.

Тягач дернулся, закашлял и рывками пополз вперед. За спиной раздались изумленные крики. В зеркалах было видно, как отрываются и падают шланги, и пространство позади цистерны окутывается белоснежным паром.