На миг мелькнуло лицо Ширвака, тот некоторое время сражался наравне со Скифом, наконец упал, но не от ран, а от изнеможения. Скиф догнал и убил двоих, пытавшихся спастись бегством.

Из развороченного выхода выходили уцелевшие после сражения невольники. Олег невольно сосчитал, оказалось, что погибло всего пятеро, нападение на стражу оказалось очень уж для тех внезапным.

Скиф был залит кровью, но раны показались Олегу неглубокими. Твердое, как дерево, тело и плотная кожа не пропустили в себя глубоко чужое железо. Грудь его бурно вздымалась, дышал шумно.

— Что теперь?

Олег повернулся к невольникам. Те любовно потрясали оружием, дышали тяжело, но на него смотрели как на вождя.

— Всего неделю назад многие из вас были свободными! — крикнул он. — Теперь свобода вернулась!.. Идите каждый в свои земли. К своим семьям.

Невольники радостно зашумели.

Он беседовал со Скифом, когда за спиной послышались шаги. Худой человек в лохмотьях подходил к нему угрюмо и решительно. На поясе в отобранных у стража ножнах висел короткий меч.

Олег узнал Ширвака.

— Ты верно сказал, — заговорил Ширвак, — что мы свободные, а не рабы. Это рабы, не знавшие свободы, тут же разбежались бы.

— И что ты хочешь? — спросил Олег.

Скиф смотрел на оборванца с симпатией. Он уже знал, что тот хочет, и удивлялся, что его мудрый друг, такой сильный и много знающий, таких вещей не понимает.

— Вы хотите идти к этому непонятному тцару, — сказал Ширвак, — называющему себя Хозяином. Да, это безумие!.. Но мы это безумие разделим с вами.

Группа людей с мечами подняла к небу кулаки. Скиф смотрел с гордостью. Не все вышли из пещеры живыми, но после того этих людей не стало меньше. Никто не ушел, не побежал спасать свою шкуру!

Олег сказал холодновато:

— Это трудное предприятие. Потруднее, чем было вырваться просто из плена. Ширвак сказал горячо:

— Разбежись мы сразу, никто бы нас не осудил, всяк сделал бы так же. Но мы сделаем так, что о нас долго будут рассказывать! И даже слагать песни.

Скиф подошел, положил ему на плечо руку:

— Как зовут тебя, герой?

— Ширвак, из рода Ширваков!

— Здравствуй, Ширвак. Ты прав. Даже если сложим головы, песни о нас сложат. Ибо мы погибнем не как разбегающиеся от волка овцы!

Они хлопали друг друга по спинам, Олег морщился, все слишком высокопарно, а жизнь проще, намного проще... вроде бы. Хотя, конечно, о таких безумцах вспомнят. И будут рассказывать другим.

— Хорошо, Ширвак. Скажи людям, что мы подойдем ближе к человеку, который хватает невинных людей по дорогам и превращает в рабов.

— И расправимся! — выкрикнул Ширвак.

— Если сумеем, — согласился Олег.

— По крайней мере, — добавил Скиф горячо, — попытаемся!

Обогнув гребень горы, Скиф ахнул и остановился. Олег промолчал, но по коже пробежал неведомый трепет. Перед ними раскинулась широкая зеленая долина ровная и цветущая, а далеко-далеко на горизонте поднимаются горы со снежными вершинами.

А посредине долины царствует крепость. Настолько гигантская, что, казалось, вся долина вокруг нее всего лишь зеленая лужайка. Стены из немыслимо толстых плит камня тянулись и тянулись, истончаясь, и лишь далеко-далеко сворачивали под прямыми углами. Это оказался целый город, окруженный с четырех сторон высокой стеной, которую невозможно пробить никаким тараном.

Но внутри этого четырехугольника медленно поднимается странная крепость... так Олегу показалось вначале. Но холодок по спине прокатывался все сильнее. Какая же крепость, если нет окон, а отсюда с горы видно, что вообще даже пустот нет! Толпы народа, впрягшись в невидимые отсюда канаты, тащат туда исполинские плиты камня, что вырубывали они со Скифом. А другие с помощью веревок и простых приспособлений поднимают их наверх, укладывают так, чтобы без зазора, чтобы сцеплялись одна с другой, чтобы сверху можно было класть еще и еще, чтобы башня достигла невиданной высоты...

— Не понимаю... что это за крепость... в которой вообще нет помещений?

Ширвак пояснил, но видно было, что и сам не пони-мает, что говорит:

— Я ж говорил, ты не понял! Это не крепость. Это Башня.

— Что за Башня?

— Хозяин строит Башню, чтобы достичь неба.

— Зачем?

Ширвак пожал плечами:

— То ли, чтобы небо не упало на землю, то ли сам собирается взобраться на небеса. Кто знает?

Скиф сказал зло:

— Умники, а что скажете насчет тех всадников? От крепости в их сторону неслись крохотные фигурки всадников. Немалое конное войско, солнце блистало на кончиках копий, панцирях, доспехах. Иные размахивали саблями, словно уже рубили убегающих рабов.