Скиф вспыхнул, Олег предостерегающе бросил на него суровый взгляд, сказал ровно:

— Мы не местные, как ты уже заметил.

— А для неместных, — сказал гуляка, — у меня другое интересное...

Он допил, быстро наполнил кружку и, обняв ее любовно обеими ладонями, выжидающе уставился на Олега.

Тот кивнул:

— Говори.

— Тут проезжали какие-то... — сообщил гуляка. — Все выспрашивали...

— О чем? — спросил Скиф равнодушно.

— Не о чем, а о ком, — развязно поправил гуляка. — Ищут двоих. Один с рыжими волосами, другой — с черными. Тот, что рыжий, — зеленоглазый, а черноволосый — с синими глазами. Обоим палец в рот не клади, потому задерживать их не след... а надо сообщить войту. А тот уже знает, как их остановить.

Олег всмотрелся в его лицо, не такое уж и пьяное, как показалось вначале. Пальцы нащупали в поясе монету, толчком отправил ее через стол. Ладонь гуляки прихлопнула, как бредущую муху.

Скиф поинтересовался:

— Хорошо платят?

— Обещают золотые горы, — ухмыльнулся гуляка.

— А что же ты?

— Не люблю, когда кого-то ловят, — ответил гуляка откровенно. — Меня самого ловили! Да и вообще... Ког-да за кем-то гонятся, всяк норовит подставить ножку. Да не тому, кто убегает, а который гонится...

Он захохотал громко и откровенно. Олег сделал хозяину знак, чтобы еще принес вина и сыра, Скиф бросил гуляке еще одну монету, тот поймал так ловко, что она просто исчезла в его ладони.

— Тогда нам нельзя задерживаться, — решил Скиф. — Кто-нибудь уже мог побежать к войту... А тому стоит только послать вестника. Олег, как ты думаешь, скоро нагрянут?

Олег спросил у гуляки:

— Ты, я вижу, проводишь здесь все вечера... да и ночи, так что кое-что знаешь. По каким дорогам заставы?

— Верный вопрос, — сказал гуляка. Он икнул, стыдливо закрыл ладошкой рот, ведь известно, что ик — заблудившийся пук. — Сразу видно, грамотный... По всем, кроме той, что ведет к городу Гелона.

Скиф насторожился:

— Почему так? Гуляка пожал плечами:

_ Откуда я знаю? Наверное, что-то знают. Ну ладно, ребята, я пошел...

Потеряв к ним интерес, больше не дадут, он прихватил кувшин с недопитым вином, пересел к веселящимся мужикам, оттуда зычным и наглым голосом велел хозяину подать лучшего вина и мяса на весь стол.

Олег собрал в мешок головку сыра, каравай хлеба, сунул туда же кувшин с вином и поднялся. Скиф, что уже подпрыгивал от нетерпения, настороженно отправился к двери. Сердце стучало часто, навстречу могут ворваться вооруженные люди, надо быть готовым, надо успеть схватиться за топор раньше...

Свежий прохладный воздух охладил распаренные лица. Скиф поспешно вытер потное лицо, Олег свис-том подозвал мальчишку:

— Коней покормил?

— Да, но... уезжаете?

— Еще приедем, — сообщил Олег. — У вас кормят вкусно. И недорого. Всем расскажем.

Сияющий мальчишка привел коней, Олег птицей взлетел в седло. Когда выехали за ворота, Олег пустил коня в галоп. Скиф некоторое время несся следом, по-том догнал, прокричал:

— Что ты делаешь?.. Это же не дорога к Гелону!

— А зачем тебе Гелон? — крикнул Олег.

— Мне не нужен, — огрызнулся Скиф, — по дороге можно свернуть. Ты ж слышал, везде нас ищут! Олег ответил хладнокровно:

— На везде у них народу не хватит. Потому и посадили этого... чтобы направил нас по той дороге, где нас захватят наверняка.

Скиф ужаснулся:

— Этот пропойца?

— Эх, не видел ты еще пропойц! Тоже мне пропойцу нашел. Такой же пропойца, как я воин.

Скиф удивленно покосился на его могучую фигуру хотел спросить, а кто же он тогда, если не воин, но все же сообразил, что Олег хотел сказать, умолк, только тихонько злился, что мудрец всегда говорит загадками, а понимаешь их уже потом, когда что-то да брякнешь. После чего даже спина краснеет от стыда за свое бряканье.

Небо было синее-синее, даже густо-синее, без намека на голубизну. Они ехали по оранжевой земле, впереди появилось зеленое пятно. Кони понеслись резво, Олегу почудился впереди холм, не сразу рассмотрел, что там высятся руины старого замка-крепости. А сама крепость среди озера пурпурной крови: ярко-красной, дымящейся, грозной, взывающей к мести, отмщению.

Скиф прерывисто вздохнул:

— Иногда понимаю... почему ты ушел в волхвы! — Кони наддали, озеро крови начало распадаться на пылающие головки цветов. Олег сперва подумал — на маки, но это оказались тюльпаны. Пурпурные головки так тесно прижимались одна к другой, что зеленых стебельков не видно вовсе, как и спрятавшихся внизу лепестков, и он, уже зная, что это всего лишь цветы, все равно видел горячую кровь, что течет здесь бурными ручьями, пропитывает землю, откуда и поднялись эти вспоенные кровью цветы.