Козодой оглядел собравшихся:

– Ну как? – Никто не сказал ни слова, но многие закивали. – Что ж, хорошо. – Он вздохнул. – Хотелось бы мне, чтобы у нас было побольше опыта ,в сражениях.

Хань, неизменно присутствовавшая на всех важных собраниях, деликатно попросила слова.

– Опыта ничем не заменишь, – согласилась она, – но информация и здравый смысл – это девяносто процентов победы. Мы знаем, что у них есть штабной корабль, два истребителя и Вал. Штабной корабль хорошо вооружен, но он медлителен и не представляет особой угрозы. По-моему, можно предположить, что он, как и "Гром", полностью полагается на истребители, а его собственное вооружение преимущественно оборонительное. Вопрос только в том, сколько их у него.

– Несомненно, больше тех двух, что мы заметили, – откликнулся Звездный Орел. – И все-таки не знаю… У меня их двадцать четыре, но "Гром" строился еще в то время, когда внешняя угроза считалась вполне вероятной. Кроме того, МСС никогда не встречались с реальным врагом и в космических сражениях даже менее опытны, нежели мы. Ведь мы все-таки пару раз воевали, а они вынуждены целиком полагаться на тренажеры. Однако наша разведка должна быть достаточно серьезной, чтобы заставить их вызвать резервы. Значит, как минимум три лучших корабля и еще несколько истребителей с "Грома". При этом напоминаю, что у нас только шесть боеспособных кораблей. "Пират-Один" недостаточно быстр, а "Эспириту Лусон", хотя и неплохо вооружен, но приспособлен скорее для бегства, чем для сражения.

Капитан Пачиттавал мрачно кивнул:

– Другими словами, мы должны добиться успеха с первой попытки, потому что на вторую у нас просто не хватит сил.

– Вот именно. Козодой вздохнул:

– Значит, все или ничего. Это уже не разведка. Его слова были встречены каменным молчанием, которое, как ни странно, нарушил Ворон:

– Вождь, я не" вхожу в совет, но речь идет и о моей голове. По-моему, ты взялся за дело не с того конца. Представь себе, что нам удалось вырубить этот штабной корабль. Тогда кто будет управлять истребителями? Вал, конечно, опасен, но ему придется действовать самостоятельно. Я хочу сказать, что такое эти резервы, о которых мы тут толкуем? Еще несколько истребителей, так? Неужели вы воображаете, что они введут в бой корабли с человеческими экипажами? Это же Главная Система, ребята! И я совсем не уверен, что у нее достаточно Валов, чтобы держать их на привязи в ожидании теоретически возможной атаки. Так что будь у них даже сотня истребителей, они меня не пугают. Если их не вызовет штабной корабль, они будут сидеть, где сидели.

– Их вызовет Вал, – заметила Хань.

– Может быть, да, а может, и нет. Эти Валы всего лишь машины, а не боги. Мы уже дважды это доказали. Они все делают одинаково, потому что Главная Система сделала их одинаковыми. Они заносчивы, эгоистичны и всегда действуют в одиночку. Людей они используют только под своим началом и смотрят на них свысока. И в любом случае у них тоже нет опыта в подобных делах. Так вот, не обещаю, что мы сумеем провернуть этот трюк дважды, но один-то раз у нас точно получится. Все оживились.

– Что у тебя на уме, Ворон? – поинтересовался Козодой.

– Ну, прежде всего, ты скажи нашим, внизу, что мы собираемся устроить заварушку, и пусть пока они посидят спокойно. Надо будет кое-что подготовить. Придется потрудиться, но добрые старые уловки должны сработать…

Дежурный офицер на борту штабного корабля был раздражен неурочным вызовом и решил про себя, что, если вызов окажется напрасным, снять кое с кого изрядную стружку.

– Ну, что там еще? – прорычал он сонным голосом.

– Транспорт на подходе, сэр. Офицер нахмурился. Сон с него как рукой сняло.

– Мы не ждем транспорта. – В его голосе прозвучало подозрение. – Проверили позывные?

– Да, сэр. Специальный транспорт, прямо от Главной Системы. Крупные трансмьютеры и мощное оборудование, а также много мурилия. Похоже, слухи насчет того, что Центры собираются запретить, недалеки от истины.

Дежурный офицер кивнул. Он доподлинно знал, что где-то уже создан прецедент, и теперь это рассматривается как новая общая политика Системы. В качестве возможного выхода из текущего кризиса. Да, в этом был бы какой-то смысл. Те, за кем охотились его коллеги внизу, нанесли невероятный ущерб, а теперь полностью исчезли из поля зрения, растворились среди миллиарда с небольшим местных жителей и могут быть где угодно. Впрочем, уничтожение целой цивилизации ради поимки нескольких бунтовщиков, как бы талантливы и опасны они ни были, довольно крутая мера. Но приказ есть приказ.

– Вы просканировали корабль? – спросил он. Было известно, что у пиратов тоже есть транспорт, а они все похожи один на другой. Штабной корабль располагал достаточной огневой мощью, чтобы разнести транспорт на атомы прежде, чем тот успеет причинить хоть какой-то вред, но лучше подстраховаться.

– Да, сэр. Уйма мурилия и порядочное количество инертного груза. Живых существ не обнаружено. Офицер вздохнул:

– Каковы инструкции?

– Пристыковаться и разгрузиться. Весь груз в контейнерах, так что разгрузка займет не более двух часов. Он в срочном порядке снят с порожнего рейса, и нам надо поторопиться, чтобы он мог вернуться к обычному расписанию.

– Ладно. Сообщите вниз, в штаб полковника, и если у них нет возражений, давайте разрешение на стыковку и выделяйте роботов для разгрузки трюмов.

– Есть, сэр.

Самого полковника Прайви, разумеется, не беспокоили, но начальник безопасности МСС пришел к тем же печальным выводам, что и дежурный офицер, и не имел возражений. В сорока километрах от штабного корабля транспорт начал маневр сближения, который занял около семидесяти минут.

Штабной корабль, как и транспорт, не был приспособлен для посадки на планеты. Транспорты загружались при помощи трансмьютерных приемопередатчиков, а в особых случаях – с помощью орбитальных барж, поднимавшихся с планеты. Поэтому штабной корабль был рассчитан на снабжение с помощью именно таких транспортов, и стыковка была обычной процедурой. Пилоты обоих кораблей отрабатывали ее на протяжении нескольких сотен лет. Корабли загерметизировали стык и уравняли давление. Теперь они были соединены прочно, словно сваркой, хотя при необходимости могли расстыковаться почти мгновенно.