По приезде Моаны я самодержавно решил, что траты на книги, коль скоро они для подготовки к экзамену, идут по статье «производственные расходы». Тем более, Моана честно призналась, что на книгу она истратила даже больше ее заработка.

Сцена, которую я видеть никак не мог

— Доброго вам дня, особо почтенная Моана-ра. Давненько вы не захаживали в мою лавку.

— И вам доброго дня.

— Так какие книги вас сегодня интересуют? Только сразу предупреждаю: все книги о гроках уже раскуплены.

Молчание. Потом медленное:

— Вот как, раскуплены? Если не секрет, кто же покупатель?

— Покупатели, особо почтенная. Сначала пришел особо почтенный Дорад-ор и купил все книги о гроках, какие только смог найти. Потом пришел особо почтенный Карон-од. Тоже спросил книги о гроках, узнал, что все раскуплены, не поверил, пустился шарить на полках сам — сами понимаете, постоянному клиенту я отказывать не стал — и все же нашел еще одну книгу, где упоминается о гроках. «Хроники древних времен с комментариями» — может, слыхали? Короче, они выгребли все.

Еще одна пауза.

— Что ж, тогда я куплю «Введение в магию стихий» — уж эта осталась?

— Ну как же, два экземпляра. Осмелюсь заметить, прекрасный выбор для вашего нового ученика.

— Откуда вы о нем знаете?

— А зачем еще может эта книга понадобиться? Почти все, что там есть, вы и так знаете. А вот для лиценциатского экзамена — без нее не обойтись, да и магистру более чем полезно.

— Вы такой противный с вашей проницательностью, — кокетливо.

— Вот потому так с вами и разговариваю. А с иными… некоторыми… нет, никогда. Благодаря этой самой проницательности, — очень серьезно.

— Беру. Вот плата. — Короткий звяк монет. Ну как, я угадала цену?

— За последние… очень много лет вы ни разу не промахнулись с ценой, особо почтенная. Вы всегда правы.

— Если бы вы только знали, сколько раз за последнюю пару недель я ошибалась… — голосом, в котором нет ни малейшего кокетства. — Наверное, вы бы навсегда отказались от моих профессиональных услуг.

— Не откажусь, не надейтесь.

— ???

— Ваши ошибки не относились к вашей профессиональной деятельности.

— А это вы откуда узнали?

— Сработала моя противная проницательность.

— Вы совершенно несносны, я уже говорила, — очаровательная улыбка. — Спасибо за книгу. Всего вам пресветлого.

— И вам.

Мне очень хотелось начать обучать Сафара полированию кристаллов, но были задачи еще более насущные. Пришлось рассказать ему, хотя и в общих чертах, что нас, вероятно, ждет визит дознавателя, что надо втереть ему очки (разумеется, дословно перевести выражение я не мог), а для этого надо представить дело так, что мы здесь занимаемся полировкой дерева.

Идею будущий мастер подхватил на лету. Он поднял глаза к потолку, долго шевелил губами, а потом сказал, что для создания нужной картины производства ему всего и нужно, что заготовки древесины, лак, набор инструментов и фурнитура. И он, Сафар, берется все это купить на рынке. Я осторожно спросил, где мастера берут нужные породы древесины. На лице у резчика отразилось удивление, но он быстро справился с ним и пояснил, что на резные изделия идут (несколько непонятных слов), а для придания нужного оттенка древесину пропитывают (опять непонятные слова). А ведь я мог и сам догадаться. Связи с Африкой у здешних нет, так что всякий там палисандр или эбеновое дерево суть недоступны. А на резьбу идут наверняка породы, родственные нашим. Но вот угадать породу дерева по виду древесины — нипочем не возьмусь. Ну разве что бук узнаю.

Сафар уехал, а я возобновил полировку того, что начал. Это был красный гранат. Дело шло неплохо, до обеда я успел пройтись первым и вторым абразивом по всем граням. А к обеду и Сафар вернулся.

После обеда мы взялись за полировку шкатулок. Сафар опробовал несколько абразивов, выбрал лучший (по его мнению). Буквально через десяток минут передо мной уже была полированная дощечка — деталь будущей шкатулки. Отличие от неполированной было настолько значимым, что мы с Сафаром дружно решили, что продукция не может не пользоваться коммерческим успехом. По размышлении мы сочли, что пробная партия из пяти шкатулок может быть запущена на рынок в течение трех дней. И еще для вида нужно подготовить столько же — чтобы дознаватель увидел склад готовой продукции. Наконец, я строго наказал Сафару носить на лице плотную повязку, закрывающую рот и нос — для защиты от лаковой и древесной пыли. И не торопиться при полировке, когда придет дознаватель.

Теперь, пока полировальный станок занят, надо бежать к Ирине. Я планировал перевести в спирт как можно большее количество первача. По моему настоянию на соответствующих емкостях была нанесена надпись «Этанол» на чистом русском языке. К ней добавлялось лаконичное «Яд!» на местном.

Дав ценные указания Ире, я поспешил к Сафару. Мы условились, что он сделает заготовки для двух шкатулок, после чего перейдет к арифметике. Примеры я тут же и заготовил. Между делом я расспрашивал и выяснял.