Филиппов поставил задачу попытаться внедриться в окружение Квадрата с целью узнать, чем он сам непосредственно занимается. В результате наблюдения за этим человеком удалось установить, что он имеет тесную связь с главарями этнических преступных группировок Москвы. Они часто встречаются, подолгу обсуждают какие-то вопросы.

При помощи «Комара» удалось записать несколько таких разговоров. Но это ничего не дало. Квадрат и те, кто с ним общался, говорили завуалированно. Часто в местах большого скопления народа. Квадрат словно чувствовал, что за ним ведется наблюдение.

Джин предложил Антону самый простой и давно испытанный способ начала знакомства – совершение ДТП. Тот одобрил. Теперь они караулили машину Квадрата, чтобы привести свой план в действие.

Джин посмотрел на часы, потом на Шамана:

– Наверняка этот шакал поехал другим маршрутом.

– Свяжись с Банкетом, – немного подумав, посоветовал Шаман. – Он точно должен знать. Сегодня его очередь Квадрата от дома вести.

Дрон, Полынь, Банкет, Шах и Туман все эти дни, по мере возможности, вели наблюдение за Абдул Тахре и Квадратом. Работали на пяти разных машинах, каждый в одиночку. Причем, если сегодня Дрон и Полынь осуществляют слежку за арабом, то завтра они поменяются с Банкетом, Шахом и Туманом. Делалось это для того, чтобы уменьшить вероятность своего обнаружения, хотя и без того было ясно, что наружка, организованная спецназом ГРУ, жиденькая и намного по своему качеству уступает профессионалам из ФСБ и МВД. Но пока ни одно из этих ведомств активно не содействовало работе «Анаконды», ограничиваясь лишь консультациями и предоставлением информации. Офицерам приходилось постигать азы науки, основываясь на знаниях, приобретенных ими в ходе подготовки для действия на чужой территории. Программой предусматривались вопросы уничтожения лидеров экстремистских группировок, укрывающихся в других странах, а на случай военных конфликтов – ликвидации глав государств, министров и других ключевых фигур. В таких случаях действия спецназа были чем-то схожи с работой сотрудников оперативно-технического наблюдения остальных силовых ведомств России. В период подготовительного этапа осуществлялось изучение объекта, его связей, наиболее часто посещаемых мест, маршрутов передвижения, количество и качество охраны.

Едва Джин успел достать телефон, как Иса и Шаман одновременно увидели на другом конце улицы джип Квадрата.

– Едет! – в один голос произнесли братья.

Шаман повернул ключ в замке зажигания. Старенькая «БМВ» вздрогнула и завелась. Когда джип поравнялся с табачным киоском, расположенным в ста метрах от светофора, он тронул машину.

К перекрестку подкатили одновременно. Шаман притормозил. Как раз загорелся желтый, после которого должен был быть красный. Квадрат повернет направо, это спецназовцы знали точно. Когда джип двинулся с места, Шаман отпустил педаль тормоза и надавил на газ. Перекресток выбирали долго, с таким расчетом, чтобы было меньше машин. Сейчас он был свободен. Резко вывернув руль влево, Шаман быстро нагнал тяжелый внедорожник и слегка задел его. Немного тряхнуло. Раздался скрип тормозов «Тойоты». Шаман также остановился.

Из джипа выскочили два крепкого телосложения парня, явно земляки разведчиков. Иса и Шамиль последовали их примеру.

Машины встали слишком близко друг к другу, из-за чего двери по правую сторону можно было только немного приоткрыть, поэтому Джину пришлось выбираться через сиденье водителя.

– У тебя что, глаз нет? – размахивая руками, закричал на Шамана рослый наголо бритый парень.

– У них, наверное, много денег, – чуть ниже ростом, но шире в плечах, напарник бритоголового присел на корточки и стал рассматривать повреждение: – Гоните три тысячи долларов, и разъезжаемся с миром.

– Да вы что? – Шаман изобразил на лице недоумение. – За такую царапину?

– А как ты хотел? Теперь менять двери надо, – раздался из-за спины бритоголового голос подоспевшего водителя «Тойоты». Ему пришлось выбираться так же, как и Джину, поэтому он и Джин подошли немного позже.

– Потом полностью красить, – осматривавший вмятину чеченец выпрямился и развернулся к Шаману. – Давай, говори.

– Вызывай ГАИ, – предложил ему Шаман.

– Мы без ментов разберемся с вами, – лицо бритоголового потемнело от злости.

– Керме хум дац [1] , – отодвинув Шамана в сторону, на его место встал Джин и уже на русском обратился к потерпевшим: – Ребята, какие проблемы?

– Так вы чеченцы? – медленно, растягивая слова, спросил бритоголовый.

– Да, – подтвердил, Джин. – Разве не видно?

Дальше разговор велся на родном языке и в более спокойных тонах.

– Меня зовут Шиврани Гелисханов, – представился напарник лысого.

– Нурды Мовсаев, – водитель протянул для рукопожатия руку.

Бритоголовый оказался Ансалту Магомедовым.

– Вы не родственники? – осторожно поинтересовался Джин, хотя фамилии красноречиво говорили, что нет.

– Мы из разных тейпов, – подтвердил Шиврани.

– Понимаю, – кивнул Джин, покосившись на приоткрытое окно джипа. – Тухкум [2] .

Он намеренно говорил громко, чтобы Квадрат слышал его, и специально задал вопрос о родственных отношениях. Теперь Квадрат уверен, что в Москве они недавно. Здесь, в столице, преступные группы с Кавказа определялись в основном лишь по национальной принадлежности, а родство особой роли не играло. Наверняка он подумал, что столкнувшиеся с его машиной парни долго воевали на стороне боевиков, а сейчас пытаются занять какую-нибудь нишу в криминальном бизнесе.

– Ансалту! – окликнули из машины.

Бритоголовый бегом бросился на оклик. Некоторое время он о чем-то тихо говорил с сидящим в машине человеком, потом посмотрел в сторону Джина и махнул ему рукой, давая понять, чтобы тот подошел.

«Кажется, сработало, – подумал про себя Джин, обходя джип сзади. – Кроме Квадрата, в машине никого не должно больше быть».

Его основной задачей было войти в контакт с бандитом. Была заготовлена и соответствующая легенда.

– Сядь, – похлопал пухлой ладонью по подушке сиденья рядом с собой Квадрат.