Нарцисса продолжила:

– Знаете, ведь к нам приезжают лишь те, кому известно, чем мы занимаемся на самом деле. Мы, конечно, размещаем рекламу, но, по правде сказать, не беремся конкурировать со специализированными спа-курортами. А известны мы вовсе не низкокалорийной кухней и не физическими нагрузками. – С этими словами, она погладила себя по выдающемуся животу.

– Значит вы и правда делаете… занимаетесь тем… о чем мне говорили?

– Да, – тихо подтвердила Нарцисса.

Я уставилась в ее глаза так пристально, что мои собственные заболели от напряжения.

– Когда? – спросила я.

– Скоро. Другие прибыли до вас, а, как вам известно, возможен только один сеанс в день, а иногда и не каждый день.

Я положила руку ей на плечо и постаралась различить картинки в ее голове. К сожалению, удалось увидеть лишь вишневые пироги, которые подадут к ужину.

– Вы спуститесь и составите нам компанию?

– Я немного устала и хотела бы остаться в комнате и… Предпочла бы что-нибудь почитать. Нет ли у вас развлекательных книг, способных отвлечь от забот? – с улыбкой спросила я.

– Можете воспользоваться библиотекой. Там собраны кое-какие небезынтересные местные предания.

– Предания об этом красивом доме? – Я боялась, что Нарцисса не позволит мне посмотреть на архивные записи, ведь ей бы следовало опасаться, что правда о ее предках выплывет наружу. Но она, напротив, порозовела от удовольствия.

– Как мило с вашей стороны. Большинство людей твердят всякие ужасы про этот дом. Представьте, когда-то поместье называли «Сто вязов». На территории росло сто огромных деревьев, но после войны и освобождения рабов древесину пришлось продать. Один из моих предков решил тогда оставить тринадцать вязов – ведь это число зла, символизирующее то, что сотворили с нами янки.

Я не могла никак прокомментировать это сообщение, потому что не считала, что зло исходило именно от янки.

– Прошу, читайте все, что душа пожелает, – разрешила Нарцисса. – Мы с сестрой этим не увлекаемся, и возможно, именно вы поведаете нам забытые страницы из истории нашей семьи.

С этими словами она ушла.

Я с минуту оставалась на месте, пытаясь прийти в себя. «Сказывается происхождение», – промелькнула у меня мысль. Принимая во внимание нелюбовь сестер к чтению, Нарцисса и Дельфия могли на полном серьезе полагать, что в запертой комнате в подвале хранятся свидетельства славной истории их семьи. Вероятно, почившие предки не потрудились рассказать горделивым южанкам правду. Как бы там ни было, я чувствовала, что чем бы сестры не занимались теперь, это было не менее ужасно, чем то, что сотворил с Амелией ее супруг-производитель.

После ухода Нарциссы я устроила небольшое представление перед камерами. Вытащила одежду из гардеробной и рассматривала вещи, словно пытаясь решить, что надеть. На мне были джинсы и кашемировый свитер, поэтому я разложила два костюма и три платья, которые привезла с собой. Одно платье повесила на столбике кровати, другое – на край каминной полки, а последнее – на венок из цветов, прикрыв объектив камеры. Что касается камеры в ванной, то можно было либо закрыть дверь, либо набросить на шпионский глазок полотенце для рук. Обеспечив себе уединение, я достала шар из тайника под окном и возобновила изучение.

К обеду я так и не продвинулась в своих штудиях, поэтому, встретив Линка внизу, попросила его устроить свидание наедине. За едой он блаженствовал в центре всеобщего внимания, поддразнивал женщин и, походя, отменил все сегодняшние сеансы массажа.

На встречу я принесла шар, прижав его к животу и укрыв широкополой шляпой и шарфом.

– Разбей, пожалуйста, – попросила я, вручая Линку артефакт.

Он порылся в стоящем на краю кладбища для рабов старом сарае, где хранился всякий инвентарь, и нашел несколько ржавых приспособлений, которыми с ходу попытался разрушить шар, но на сфере не осталось ни царапины. Тем временем я снова занялась старыми документами о продаже рабов. Я могла бы остаться в мавзолее и поработать, но Линк категорически не желал задерживаться на кладбище, поэтому пришлось перебраться к рабским баракам, туда, где нас не могли углядеть из дома.

– Не пойму, чего ты боишься, – недоумевала я, стараясь не отставать от партнера. – Все неупокоенные духи отправились на поиски своих близких, так что теперь здесь чисто.

– Дарси, большинство людей не любят кладбищ, – терпеливо пояснил Линк. – Они не знают наверняка, существуют ли там призраки, но предпочитают не рисковать.

– Заверяю тебя, что призраки существуют, но здесь нет ни одного.

– Чудесно, – не сбавлял хода Линк, – рад, что мы это выяснили. А теперь давай уберемся подальше отсюда.

– Я ожидала, что после такой бурной ночи ты будешь в лучшем настроении, – прошептала я, но ответа не получила.

Наконец я села на скамейку и наблюдала, как атлетически сложенный мужчина положил шар на землю под развесистым деревом — одним из тринадцати оставшихся вязов — встал на колени и высоко поднял старый молоток.

– Не желаешь рассказать, что вы прошлой ночью на пару с тем… тем существом творили со стеной? Мне не понравилось очутиться на сцене, когда публика была совсем ни к чему. Я, гм … – Линк застыл, воздев молоток и ожидая моего ответа.