– Зачем? – предвкушая, как сразит сейчас соперника убийственным аргументом, переспросил Пенрод. – Ты не знаешь, зачем?

– Нет, не знаю. И ты не знаешь!

– Ах вот как, значит, я не знаю?

– Конечно, не знаешь! – выкрикнул Сэм.

Пенрод одарил его высокомерной улыбкой.

– Спорим, сейчас я тебе скажу, зачем?

– Ну, скажи.

– Вот. Слушай! Допустим, кто-то охотится за ним, и тогда он, вполне естественно, захочет, чтобы лицо у него было внизу. Потому что так ему будет лучше видно, ползет за ним кто-нибудь или нет. Так или не так? Думаю, тут и спорить не о чем!

Сэм был повержен. На блестящие доводы друга ему было нечего возразить. Пенрод, в свою очередь, не собирался облегчать Сэму горечь поражения.

– Ну, – язвительно заметил он, – теперь ты, наконец, убедился, как много понимаешь в червяках?

У Сэма хватило присутствия духа, и он признал поражение.

– Может, я и не понимаю в табачных червях, – скромно проговорил он, – не так-то уж я много их видел. – Он растерянно поскреб землю носком ботинка. Потом, словно о чем-то вспомнив, он оживился и несравненно более веселым тоном добавил:

– Зато, могу поспорить, ты не знаешь про кузнечиков то, что я знаю!

– Спорю на что угодно, если я не знаю, и ты не знаешь.

– Спорим, сейчас я тебе скажу?

– Ну, давай, говори!

– Спорим, ты не знаешь, что кузнечики жуют табак!

Пенрод презрительно фыркнул.

– А вот и жуют! – настаивал Сэм, и в голосе его послышалось возмущение.

Пенрод хохотал, строил рожи, приплясывал и издавал какие-то дразнящие вопли. По мнению Сэма, он вел себя просто отвратительно.

– Сейчас сам увидишь!

Сэм принялся шарить в траве. Пенрод с подчеркнуто пренебрежительным видом плюхнулся на землю под кустом и продолжал издеваться над приятелем. Он перекатывался с живота на спину, колотил ногами по земле, размахивал руками и, не переставая, смеялся.

– Кузнечики жуют табак! – вопил он. – Кузнечики. Жуют! Ха-ха-ха!

– Вот, – сказал Сэм. Он, наконец, нашел кузнечика и теперь предлагал Пенроду небольшой эксперимент.

– Гляди!

Сэм поднес к челюстям кузнечика палец, затем чуть-чуть сжал пленника и тут же получил веществнное доказательство.

– Ну, теперь понял? – крикнул он, тряся перед носом Пенрода указательным пальцем, на конце которого осталась «табачная» жвачка. – Может ты и теперь скажешь, что кузнечики не жуют табак?

Пенрод от восхищения не мог выговорить ни слова.

Следующие четверть часа никак нельзя было назвать удачными для окрестных кузнечиков, ибо Сэм, а с ним и Пенрод продолжали изучать степень пристрастия этих насекомых к табаку.

– Подумаешь, – сказал наконец Сэм, – я с пяти лет знаю, что кузнечики жуют табак.

– И ты ни разу не сказал мне об этом! – поразился Пенрод скрытности друга.

– Пенрода настолько удивило это открытие, что он понял: уж в тот период лета, когда водятся кузнечики, он теперь никогда в жизни не сможет соскучиться.

– Я просто думал, что все это знают, – скромно ответил Сэм. – Ну, а когда ты сказал, что я ничего не понимаю в червяках, я вспомнил, что зато знаю кое-что про кузнечиков. И я подумал: а вдруг ты не знаешь? Но все-таки мне казалось, что ты это тоже должен знать.

– А что еще умеют кузнечики? – спросил

Пенрод. Самим вопросом он как бы подчеркивал, что во всем, что касается кузнечиков, целиком и полностью уповает на знания Сэма.

– Ничего, – ответил Сэм. – Больше они ни на что не способны.

– Слушай, а где они берут табак? Из табачных магазинов что ли таскают?

– Ну да. И из других мест тоже.

Потом они снова принялись экспериментировать. Похоже, несчастным кузнечикам уже не суждено было предаваться, как пагубному пристрастию к табаку, так и хорошим привычкам. И вот, когда поблизости больше не оказалось ни одного живого кузнечика, Пенрод спросил:

– А еще что-нибудь ты знаешь, Сэм?

Мистер Уильямс решил, что Пенрод опять над ним издевается и в праведном гневе рявкнул:

– Успокойся, побольше твоего знаю!

– Да ты не сердись, Сэм. Я не то имел в виду. Я хотел только спросить, знаешь ли ты еще что-нибудь, чего я не знаю?

– Ну, – моментально сменил Сэм гнев на милость, – пожалуй, знаю. Дай-ка подумать. А! Вот. Спорим, ты не знаешь, что если вырвать черный волос из хвоста у лошади, опустить в бутылку с водой и оставить на три недели, он превратится в змею.