Эта фраза была уничижительной. А затем Лика перешла к делу и предложила Гале, которая к тому времени трудилась на небольшом питерском телеканале, перейти работать на ее федеральный канал.

– Мне нужен не только профессионал, но человек, которому я доверяю на все сто. Мы же прошли с тобой через огонь, воду и медные трубы. На тебя я могу положиться, как на саму себя. Мне требуется начальник спецпроектов новостного отдела…

Это означало головокружительный взлет в Галиной карьере. Еще бы, в одночасье она стала бы одной из самых влиятельных женщин в медиамире посткоммунистической России. Это было предложение, но всего лишь по форме. По сути это был приказ, потому что от такого никто, конечно же, не отказывается.

– И я буду работать, таким образом, на Дзадоева? – спросила Галя. – Человека, который виноват в смерти моих родителей?

Лика покраснела и заявила:

– Ты только и знаешь, что талдычить о своих родителях. Да, они умерли, да, это было ужасно! Но моего отца тоже убили, но я же не плачу из-за этого по ночам!

– Убийца твоего отца понесла наказание, а убийца моих родителей все еще на свободе! – парировала Галя.

– Как бы не так! – возразила Лика. – Анжела сбила твою мать, и она давно стала пищей для кладбищенских червей. Алишер об этом позаботился. А твой отец умер от сердечного приступа, но это всего лишь прихоть судьбы, в этом никто не виноват…

– Никто? – спросила ледяным тоном Галя. – А, может, именно твой Алишер? Если бы он не пытался спасти своих сообщников от высшей меры, то не стал бы похищать меня, и мой отец не заработал бы инфаркт!

Лика пожала плечами:

– Если, если, если… Никто не знает, что было бы, если бы твой отец не умер тогда от инфаркта! Может, через день он бы умер от инсульта. Или скончался бы через год от рака….

– Или был бы до сих пор жив! – ответила Галя. – Извини, но на твое более чем щедрое предложение я отвечу отказом. На канале, которым заправляет Дзадоев, я работать не буду!

– Своим отказом ты оскорбляешь Сашу и меня! Ты что думаешь, мы пляшем под дудку Алишера? И позволяем ему определять политику вещания? Мы что, по-твоему, его марионетки?

Поняв, что она задела Лику, Галя примирительным тоном произнесла:

– Конечно, я так не думаю, Саша и ты добились очень многого. Но я не чувствую пока себя в состоянии принять твое предложение. Может быть, позднее…

Лика, явно обидевшись на отказ, напоследок заявила:

– Позднее… Ты думаешь, что я буду ждать, пока ты снизойдешь до принятия нашего предложения? Галина, я не узнаю тебя! Ты живешь прошлым! А это крайне опасно!

После этих слов ей стоило уйти, но Лика медлила. А потом произнесла:

– Не исключено, что ты права. Ты ведь собрала факты причастности Алишера к «бриллиантовому» делу и к прочим криминальным деяниям. Но зачем ты их собираешь – чтобы прижать его к стенке, ведь так? А сделать это лучше через наш канал!

Галя посмотрела на Лику и вдруг поняла – она права!

– И ты готова пойти на такой шаг? Ведь это будет означать для вас полный разрыв с Дзадоевым и, вероятно, настоящую войну с ним!

– И что с того? – пожала плечами Лика. – Алишер в последнее время уж слишком нагло ведет себя. Этому надо положить конец!

В порыве благодарности обняв Лику, Галя показала ей собранные материалы. Изучив их, Лика заметила:

– Но выходить с этим на публику мы можем только в том случае, если наши юристы подтвердят, что в случае уголовного разбирательства за клевету у нас будет больше шансов, чем у Алишера. Поэтому они должны внимательно прошерстить все собранные тобой факты. Ты ведь отдашь мне досье?

Галя вручила подруге три толстые папки, и Лика, пообещав, что объявится в самое ближайшее время, улетела обратно в Москву. Она сдержала слово и объявилась через неделю.

– Увы, наши юристы вынесли неутешительный вердикт. Это не факты, а собрание слухов, гипотез и неподтвержденных показаний. Такое в эфир давать опасно. Ничего, они попытаются накопать неопровержимые доказательства, но для этого нужно время.

Время шло, но ничего не менялось. Каждый раз, когда Галя заводила с Ликой разговор на эту тему, подруга отвечала, что ничего найти не удалось. В итоге Галя поняла: никакой программы с разоблачениями Дзадоева не будет.

И она решила действовать самостоятельно. На другом федеральном канале, принадлежавшем заклятому врагу Дзадоева, известному медиаолигарху, к ее досье проявили повышенный интерес. Ее принял генеральный директор канала и заявил, что она проделала колоссальную работу и этих фактов с лихвой хватит, чтобы выдать их в эфир.

– И вы не боитесь исков о защите чести и достоинства со стороны Алишера Казбековича? – спросила Галя, на что ее собеседник с улыбкой ответил:

– О, мы их просто ждем не дождемся! Это только подогреет интерес к этой истории и позволит из одной программы сделать целую серию! Однако прежде я должен согласовать это с владельцем нашего канала, господином Черных. Но я уверен, что он даст зеленый свет.