– Слишком занята, дорогуша. А Шерон слишком занята, чтобы присматривать сейчас за вами.

Таким образом, его выставили за дверь и велели прийти позже. Прежде чем покинуть центр, он заглянул к Шерон на кухню, где она беседовала с какими-то женщинами. При его появлении все замолкли.

– Ну и?… – спросила Шерон.

– Не пойдет, – покачал он головой. Когда ее зрачки сузились, превратившись в две стрелы с острыми наконечниками, он сдался. – Ну хорошо, но только один раз.

Он вышел, догадываясь, что женщины на кухне допытываются у Шерон, кто он такой.

Он вернулся, как и договорились, за несколько минут до того, как Шерон собралась идти домой. Отведя Тома в сторонку, она поцеловала его и вырвала у него обещание, что он постарается честно ответить на все вопросы Тоби. Затем она отвела его в стерильно чистую комнату с отделкой панелями цвета магнолии, нейлоновым ковром и установленными в круг обтянутыми нейлоном стульями, где велела ждать Тоби.

Минут через пятнадцать Тоби сунула голову в комнату и помахала ему рукой, шевеля пальцами наподобие паука.

– Минутку, дорогуша, сейчас буду. – Она снова исчезла.

Прошло еще минут двадцать. Том стал раздраженно ерзать. Он, естественно, не догадывался, что Шерон, уходя, сказала Тоби:

– Заставь его подождать, пусть понервничает.

Наконец Тоби появилась и, сев на один из стульев, спросила:

– Хотите кофе?

– Нет, – холодно отозвался он.

– А я хочу. Очень хочу кофе.

Она опять вышла и вернулась минут через пять с подносом, на котором стояли две чашки. Она уселась, потирая руки.

– Вы здесь чувствуете себя вполне уютно? – спросила она. – Меня нервируют все эти пустые стулья. Такое ощущение, что сидишь в компании призраков.

– У меня нет такого ощущения.

– Вы уверены?

– Абсолютно.

– Ну вот и замечательно. Давайте, прежде чем начать, выпьем кофе. Вам черный или с молоком?

Том позволил напоить себя кофе. Тоби чрезвычайно церемонно предложила ему сахар, от которого он отказался, и имбирное печенье, на которое он согласился. Наконец кофейная церемония была завершена, чашки и блюдца пристроены на соседних стульях. Тоби была готова приступить к делу.

– Ну вот, дорогуша, начнем. Так что вы хотели сказать мне?

– Прошу прощения?

– Если я правильно поняла Шерон, вы хотели рассказать мне что-то. Так что валяйте. Я вся внимание. – Она приставила ладонь к уху. – Видите, я слушаю.

– Вы смеетесь надо мной.

– Смеюсь? С какой стати я буду смеяться над вами?

– Тут какое-то недоразумение. Как я понял Шерон, это вы хотите что-то сказать мне.

– Сладкий мой, я же вижу вас впервые в жизни. Что я могу вам сказать?

Том в недоумении помотал головой. Тоби посмотрела на свои часы:

– Не хочу торопить вас, дорогуша, но не можем же мы сидеть тут весь вечер. У меня есть всего полчаса. У одной из наших дам сегодня день рождения. Надо еще многое подготовить. Торт и все такое прочее. Мы всегда готовим праздничный обед по такому случаю.

Том в недоумении смотрел на нее. Чего ради Шерон заставила его сидеть тут с этой суетливой пожилой женщиной с отливающими синевой волосами и кулинарными заботами?

– Это была идея Шерон, – сказал он. Тоби ласково улыбнулась ему, затем, заметив какое-то пятнышко на своем платье, стала усердно отчищать его. – Она решила, что я должен поговорить с вами.

– Поговорить? О чем, дорогуша?

– Ну, она полагает… она полагает, что у меня какой-то кризис.

– А почему она так думает?

– Оснований у нее достаточно. Главным образом из-за прошлой ночи. Но…

– А что случилось прошлой ночью?

Том вздохнул:

– Ну, если вкратце, то она нашла меня голым в Гефсиманском саду, и…

– Вы часто проводите там время в таком виде?

– Часто? Разумеется, нет! Я же не…

– Я просто спрашиваю. Значит, вы все-таки признаете, что это кризис?

– Не совсем кризис, скорее…

– А если не кризис, то что же? Гулять в голом виде в Гефсиманском саду…

– Послушайте, – взорвался Том, – вы просите, чтобы я рассказал вам, а стоит мне начать говорить, как вы меня перебиваете.