Ариэлль притихла.

— Не слыхала?

— Темная история, — тихо ответила Ариэлль. — Про Механика давно ничего не известно…

— Мне говорили, — Лара перешла на доверительный шепот, — что Механик на самом деле рыцарь Персиваль… Говорят, он вроде бы не погиб?

Ариэлль пожала плечами.

— Это тоже тайна. Одни говорили, что погиб, другие, что не погиб, третьи болтали, что он вообще раздвоился… Рассказывают про Северный Город…

— Как? — перебила Лара.

— Северный Город. Будто есть тут, где-то далеко, город холодный, то есть замерзший совсем, и кто-то там живет. Вроде как… Но точно неизвестно. Он за горами, а горы — неисследованная область, сама знаешь.

— А драконы? Про драконов ничего не слышно? Ну так, может, случайно…

Ариэлль помотала головой отрицательно, закашлялась, помотала головой уже утвердительно. Почесала подбородок, незаметно пощупала его, протерла руку, ответила:

— Видели. Однажды. Я сама даже видела. Мы как раз тогда только начинали собирать коалицию правых сил и хотели договориться с рыцарями Светлозерья. Но Светлозерья уже не было. Вернее, озеро там еще есть, а рыцарей не осталось, все разорено Деспотатом. Только жил один старый гном…

— Яша, — перебила Лара.

— Точно, Яша. У него еще фамилия забавная…

— Автохтон.

— Ты с ним знакома? — ухмыльнулась Ариэлль.

— Он мне сапоги сшил в свое время. Так что там было, ты говоришь?

— Старый гном там жил. Мы у него спрашиваем, что случилось, а он молчит — обет дал. И пока мы обследовали местность, Яша сидел на берегу и удил рыбу. Ну, мы объехали вокруг озера и уже обратно стали возвращаться, как вдруг лошади заволновались. Погода тогда была облачной, к тому же над озером всегда влажность повышенная. Одним словом, видимость небольшая. Потом лошади вообще перепугались и отказались идти. Тогда мы спешились и стали ждать. И вдруг услышали, как вдалеке, возле озера, заверещал Яша. А лошади шарахнулись в разные стороны. Я оглянулась и увидела: от берега в нашу сторону бежит Яша, побросал все свои удочки. Он драпал с противоестественной скоростью, и вдруг прямо из тучи на него упал белый дракон…

— Белый? — жадно спросила Лара.

— Белый. Белый дракон. Он подхватил Яшу…

— А размер? — Лара даже схватила Ариэлль за руку. — Он какого размера был?

— Не знаю, большой. Гнома, как букашку, подхватил и в тучи уволок. Мы ждали, что дальше будет, но дракон уже не появлялся. Вот и все. А больше я никого не видела.

Лара задумалась. Белый дракон утащил гнома… Белый дракон, северный город… Северный город за горами…

— Жаль, конечно, — перебила Ариэлль ее размышления, — что у нас нет дракона. Мы бы тогда Холмистый Край быстренько прочесали. Энлиль бы от нас не ушел. Ты ведь…

— Что?

— Ну, ты ведь с драконами… как бы имела дело…

— Давно, — отрезала Лара. — Я уже ничего не помню.

— Ну да, ну, да, давно. Леха был, кажется, добрым…

Месть, подумала Лара. Девчонка, пусть даже и эльф, все равно девчонка.

— Да, да, — покивала головой Ариэлль, — понимаю, ошибки молодости, с кем не бывает…

— Вспомнила! — неожиданно перебила ее Лара. — Я вспомнила!

— Что ты вспомнила?

— Вспомнила про Энлиля. Энлиль — ведь такой белобрысый? Его фамилия Сироткин?

Ариэлль злобно сощурилась.

— Ну как же! — Лара сработала под дурочку, даже в ладоши хлопнула. — Как же, помню его! Наглый такой парниша, прыщеватенький. Помню, помню. Так он ведь теперь в Деспотате.

— В Деспотате? — вздрогнула Ариэлль.

— Да, в Деспотате. И как у меня из головы вылетело? Я как раз мимо пролетала, а Энлиль там вроде аниматора, постановки организует, типографию открыл…

— Типографию?

— Ага, — продолжала врать Лара, — книжки издает.

— Книжки…

— Ну да. — Лара прищелкнула языком. — Такие бредовые графоманские книжки. Не стоят внимания, но забавные в каком-то смысле… Последнюю помню, название у нее еще паскудное…

Лара сделала вид, что припоминает название.

— Ах, да, вот какое — «Пятнадцать обломанных лохушек». Можешь себе представить?

Ариэлль отрицательно помотала головой.

— Такой вот литератор оказался. Вернее, не он сам литератор, а с наущения тамошнего руководителя, тот поощряет бумагомарательство…

— И как? Как литература? — остановила ее Ариэлль.

И Лара заметила, что у нее побелели губы.

— Мерзкая. Описывает всех девчонок, которым он вскружил голову, а потом дал отлуп, причем в издевательском, я бы даже сказала — саркастическом тоне. И с такими гадкими подробностями…

— И как? — Голос у Ариэлль дрогнул. — В смысле подробности…

— Знаешь, ужасно гадко, даже пересказывать не хочется.

— Нет, ты скажи! — Предводительница эльфов опять топнула ногой, бисер снова разлетелся.