– Надеюсь, вы понимаете, – добавила она, – что Слуш руководствовался вашими же интересами. У него доброе сердце, хотя и несхожее с людским.

Дейв пребывал в таком восторге, что даже не думал сердиться на арчкерри. Нацепив кожаные шнурки себе на шею, они с Ваной беспрерывно трогали и поглаживали гладкий камень. Яйцо Дейва испускало волны красного свечения, а яйцо Ваны сияло зеленым.

– Теперь, – сказал Слуш, – вы наконец сможете проверить, совпадают ли ваши яйца и подходите ли вы друг другу.

Весь восторг Дейва моментально испарился, сменившись безотчетным страхом.

– Зачем нам это проверять? – воскликнул он. – Мы и так знаем, что подходим друг другу!

– Да, – дрожащим голосом поддержала его Вана. – Мы и так знаем. Не надо ничего проверять.

Улыбка Шемибоб стала еще шире. Дейв не понимал, чему она улыбается: то ли она искренне рада за них, то ли ее просто забавляет происходящее.

– По-моему, вы просто боитесь проверки, – заявила она. – Но даже если ваши камни не совпадут, что с того? Неужели они для вас важнее, чем собственные чувства и разум?

– Боюсь, что да, – пробормотал Слуш. – Они многое повидали в жизни, но так и не набрались ума.

– Вам что, сложно было подождать немного со своими подарками? – вскричал Дейв.

– Не понимаю, – сказал арчкерри. – Я ожидал, что ты будешь сердиться из-за того, что мы не вручили вам эти подарки сразу. Но я наблюдаю прямо противоположную реакцию…

– Они боятся, что их яйца не совпадут и им придется расстаться, – пояснила Шемибоб. – Но их одновременно мучает и другой страх, еще более ужасный. Что если яйца не всегда знают истину? В таком случае вся история их племен, бессчетных поколений их предков, основана на нелепом заблуждении.

– Разумеется, – продолжала она, – вопрос можно решить на месте, просто поднеся оба яйца друг к другу. Но они не решаются узнать правду. В принципе, их можно понять – они боятся потерять друг друга. Или это слишком чуждые материи для твоего деревянного сердца?

– Оно не деревянное, – сказал Слуш, – а наполовину белковое. Я понимаю, что вы хотите сказать. Думаю, здесь уместно будет предложить…

– Дейв, мне неприятно, что они стоят тут и обсуждают нас, как будто мы какие-то герои сказок или люди из-за моря, – сказала Вана. – Давай узнаем правду и покончим с этим.

У Дейва подступил комок к горлу. – Давай. Но не здесь. Не хочу при них.

Взяв Вану за руку, он направился в джунгли. Ее ладонь была холодной и влажной от пота.

Зайдя в глубину зарослей, он обернулся. Шемибоб вновь принялась рыться в своем мешке. Вот она что-то извлекла и протянула арчкерри. Его кристалл! Разумеется! Если ей под силу создать новые яйца, то и кристалл ее не затруднил бы. Но она не могла вручить ему этот подарок раньше, чем они с Ваной получили свои.

Джум и Эджип полезли в кусты вслед за хозяевами, но Дейв прогнал их обратно. Во время проверки нельзя отвлекаться ни на что постороннее.

Они нашли большое дерево, рядом с которым возвышался огромный валун с плоской вершиной, и уселись на камень лицом друг к другу. Каждый из них бережно взял свое яйцо двумя пальцами. Они протянули руки навстречу друг другу, а свободной рукой дотронулись до губ партнера. Наконец их яйца соприкоснулись.

Дейв ощутил покалывание в губах и в кончиках пальцев. В глубине его яйца заколыхались тончайшие зеленоватые прожилки. Точно такие же узоры, только красные, зажглись в яйце Ваны.

Светящиеся нити поползли в разные стороны, изгибаясь, перекручиваясь и соприкасаясь друг с другом. Дейв в глубине души возликовал. Несомненно, их яйца идеально совпадают!

Но прерывать проверку на середине было недопустимо. В отдельных редких случаях танец цветных узоров замирал слишком рано, и тогда влюбленным приходилось звать шамана и старух, чтобы определить, достаточно ли они подходят друг другу.

Нити образовали узор, известный под названием швашаветль. Так в племени Дейва называли четверокрылую бабочку. Узор действительно напоминал швашаветля, раскинувшего свои округлые крылья и выставившего перед собой изогнутые усики.

Но процесс еще не завершился.

Дейв с Ваной терпеливо ждали развязки. Их пальцы подрагивали от волнения.

Внезапно покалывание переросло в резкое жжение, и клубки нитей в глубине яиц словно взорвались, распавшись на множество красных и зеленых точек, лихорадочно снующих во всех направлениях.

Оба они одновременно отдернули руки. На кончиках их пальцев с треском плясали крохотные молнии. Мечущиеся внутри яиц огоньки ярко вспыхнули и погасли. Яйца вновь приняли свой обычный вид.

Улыбаясь сквозь слезы, Дейв с Ваной обнялись и прижались друг к другу.