Что ж, по последней затяжке, и проводите меня!

Ну-ка, хлебните из фляжки и проводите меня!

Слышите флейты поют, поют,

Проводите меня домой!

Увозите его! Ему не было равных и нету.

Увозите его! Наклоните знамена к лафету.

Увозите его! Он уходит к другим берегам.

Увозите его! Плачут флейты и бьет барабан.

Ну-ка, "тринадцать из строя", и проводите меня!

"По три холостых в честь героя", и проводите меня!

О, превыше женской любви,

Проводите меня домой!

"И ВОСХИЩАТЬСЯ..." Перевод О. Юрьева

В Индийском океане тишь,

Глядит он кротостью самой; Волны нигде не различишь,

Кроме дорожки за кормой.

Корабль несется, дня уж нет,

Пробили склянки - отдыхай... Чернея на закатный свет,

Индус поет: "Хам декхта хай".

И восхищаться, и дышать,

И жить бескрайностъю дорог Без толку!
– мог бы я сказать.

Но бросить бы уже не смог!

Слежу ли за игрой старшин,

Ловлю ли женский смех и гам, Гляжу ли, как офицера

На шканцах провожают дам, Я думаю про что ушло,

Взгляд утопивши в синей мгле, И вот я словно бы один

На опустевшем корабле.

Про что ушло, что видел я

В казарме, в лагерях, в бою, Рассказываю сам себе

И правды сам не узнаю; Так странно, слишком странно все...

Что ж, это нынче позади. Да, было всякое со мной,

Но - больше в будущем, поди.

Да, на заметку я попал,

Я нарушал закон полка, И сам себя со стороны

Я видел в роли дурака Познанья цену я платил

И не был ею возмущен, А прохлаждался на "губе",

Мироустройством восхищен.

На траверзе возник дымок,

И встал над морем там, вдали, Горбучий Аден, точно печь,

Которую уж век не жгли. Проплыл я мимо этих скал

Шесть лет назад - теперь домой Плыву, солдат, отбывший срок,

С шестью годами за спиной.

Невеста плакала: "Вернись!"

И мать вздыхала тяжело. Они мне не писали - знать, Ушли: ушли, как все ушло. Как все ушло, что разглядел,

Открыл, узнал и встретил я. Как высказать, что на душе?

И я пою. Вот песнь моя:

И восхищаться, и дышать,

И жить бескрайностъю дорог Без толку!
– мог бы я сказать.

Но бросить бы уже не смог!

ПЫЛЬ Перевод А. Оношкович-Яцына

(Пехотные колонны)

День-ночь-день-ночь - мы идем по Африке, День-ночь-день-ночь - все по той же Африке (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!)

Отпуска нет на войне!

Восемь-шесть-двенадцать-пять - двадцать миль на этот раз, Три-двенадцать-двадцать две - восемнадцать миль вчера. (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!)

Отпуска нет на войне!

Брось-брось-брось-брось - видеть то, что впереди. (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!) Все-все-все-все - от нее сойдут с ума,

И отпуска нет на войне!

Ты-ты-ты-ты - пробуй думать о другом, Бог-мой-дай-сил - обезуметь не совсем! (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!)

И отпуска нет на войне!

Счет-счет-счет-счет - пулям в кушаке веди, Чуть-сон-взял-верх - задние тебя сомнут. (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!)

Отпуска нет на войне!

Для-нас-все-вздор - голод, жажда, длинный путь, Но-нет-нет-нет - хуже, чем всегда одно, Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог,

И отпуска нет на войне!

Днем-все-мы-тут - и не так уж тяжело, Но-чуть-лег-мрак - снова только каблуки. (Пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог!)

Отпуска нет на войне!

Я-шел-сквозь-ад - шесть недель, и я клянусь, Там-нет-ни-тьмы - ни жаровен, ни чертей, Но-пыль-пыль-пыль-пыль - от шагающих сапог,

И отпуска нет на войне!

ДОБРОВОЛЬНО "ПРОПАВШИЙ БЕЗ ВЕСТИ" Перевод К. Симонова

Неважный мир господь для нас скропал. Тот, кто прошел насквозь солдатский ад И добровольно "без вести пропал", Не беспокойтесь, не придет назад!

Газеты врали вам средь бела дня, Что мы погибли смертью храбрецов. Некрологи в газетах - болтовня, Нам это лучше знать, в конце концов.

Врачи приходят после воронья, Когда не разберешь, где рот, где нос. И только форма рваная моя Им может сделать на меня донос.

Но я ее заставлю промолчать. Потом лопаты землю заскребут, И где-то снова можно жизнь начать, Когда тебя заочно погребут.